– Будешь? Хоть согреешься, – добродушно сказал он, протягивая мне помятую железную флягу. – Сильвия дура! Не понимает, что самогон привратнику, как меч повстанцу, надо по должности выдавать. Сижу тут всю ночь, дубею от холода, дурею от скуки. А так – фляжку выпил, и до утра дотерпеть можно!
Он произнес свою фразу настолько уверенно, что, поддавшись любопытству, я решил проверить его слова. Сторона фляги, которая прижималась к его телу, была теплой. От напитка исходил такой же отвратительный запах, как от привратника. Что-то похожее я чувствовал в лечебном крыле, но тут аромат куда концентрированнее. Незаметно, чтобы не обидеть мужчину, протерев рукавом горлышко, я с опаской сделал маленький глоток. Как он может пить эту гадость?! Горькое на вкус пойло моментально обожгло рот и горло. Появилось непреодолимое желание чем-нибудь запить эту отраву. К тому же, никакого согревающего эффекта я не почувствовал. Кому вообще пришло в голову пить эту жидкость?!
– Ну как? Ничего подобного в монастыре и на том свете не найдешь, – подмигнув, спросил привратник. – Если хочешь, сбегаю, еще одну наберу. Покарауль тут только.
В мутных безжизненных глазах мужика появилась искра. Неужели ему действительно доставляет такое наслаждение этот обжигающий яд?
– Нет, пить это я больше не буду, – пытаясь вернуть своему лицу нормальное выражение, сказал я.
Привратник притворно заулыбался и махнул рукой.
– Да ты глотни хорошенько, маленькими глотками всю прелесть не поймешь! А потом сам старика за новой флягой пошлешь! – задорно пробасил он.
– Открывай ворота, у меня задание.
Почему-то мне кажется, что, если я буду вежливо с ним разговаривать, проторчу тут еще пару часов.
– Хорошо, хорошо. Что за люди пошли! Никто по-человечески посидеть со старым привратником не хочет. До тебя тут мужик проходил, тот еще уродец! Рожа в шрамах, уха нет, я ему выпить предложил, а он как рявкнет…
Причитая, пьяница поплелся к воротам. Проклятье! Арил опередил меня. Как у него это получилось, если я и так проснулся раньше всей крепости? В степи запах трав и цветов усилился. Он почти осязаемо поднимался с земли, заполняя все пространство вокруг. Вдали показался силуэт церковника, надеюсь, на этот раз меня не будут отчитывать за опоздание. В конце концов! Мне что, вообще спать не ложиться? Обычно степь благодаря бесчисленным цветам пестрит самыми разными красками от тускло-желтого до ярко-фиолетового, сейчас же цвет был только один – серый. Он заполнял все вокруг, создавая иллюзию сна. Даже пение птиц звучит как-то приглушенно, будто все летающие обитатели этого места тоже впали в меланхолию. Идея вымыть руки, используя влажную траву, оказалась не очень удачной. Вместо желаемого эффекта я только еще сильнее размазал грязь. Высокие сапоги моментально приобрели зеленоватый оттенок – надеюсь, Арил с его стремлением к порядку не отправит меня обратно в крепость из-за неподобающего внешнего вида.
– Ты рано, это очень хорошо, – довольно кивнув, сказал священник.
Мой наставник, облаченный в длинный дорожный плащ, сразу заметил мое появление, хотя его глаза полностью закрыты капюшоном.
– Я думал, вы будете ругаться из-за опоздания! – удивленно воскликнул я.
– Никто не уточнял время, в которое ты должен прийти.
Священник улыбнулся и снял с головы капюшон, обнажая лысую изъеденную шрамами голову. Почему бы всем моим учителям не научиться уточнять время? Им что, нравится приходить на тренировку ранним утром и ждать воспитанника в гордом одиночестве?
– Надеюсь, у тебя получилось выспаться? Сегодняшняя тренировка пройдет нелегко для твоего сознания.
– Да, я чувствую себя на удивление бодрым, – прислушавшись к своему состоянию, ответил я. Арил не стал бы задавать вопрос, если бы это было не важно.
– Отлично, тогда не будем терять время и приступим, – улыбнувшись, сказал священник.
В следующее мгновение мир вокруг закружился, тусклые краски слились в серое марево и целиком окутали меня. Последнее, что я почувствовал, – легкий удар о землю и холодные капли росы на коже. Вокруг царит тьма, я целиком погружен в теплую жидкость. Очень тесно, и, чтобы поместиться здесь, мне приходится поджать ноги и руки, но тело все равно временами бьется о мягкие стенки. Отовсюду слышится размеренный стук, он постепенно увеличивает темп, меня кидает из стороны в сторону. Сквозь толщу воды я услышал громкий крик, меня куда-то утаскивает, все тело сдавливается, становится невыносимо больно… Я вновь лежу на траве, поджав ноги. Тело содрогается от приступа кашля. Запах трав и цветов возвращают меня в реальность.
– Что… что это было? – запинаясь, спросил я.
С трудом приняв сидячее положение, я посмотрел на Арила. Тот задумчиво водил указательным пальцем по линии шрама, глядя на меня с нескрываемым любопытством.
– А что ты видел? – живо поинтересовался он.
Слабость отступила, у меня получилось, слегка пошатываясь, подняться на ноги.
– Я плавал в какой-то жиже, вокруг раздавались разные шумы, а затем я почувствовал сильную боль…
Священник довольно кивнул.