– Ты просто не представляешь, насколько люди подвержены сиюминутному мнению. Если бы ты знал, как мне было невыносимо быть глухой отличницей. Только, кроме родных, два настоящих друга было у меня за последние десять лет.
– Секундочку? Глухой? – удивился Сергей.
– Да, глухой.
– Я тебе уже сегодня говорила.
– А, да, да, – пробубнил Сергей и опять о чем-то задумался.
– Как ты думаешь, я научилась слышать вибрации, кто помог мне выучить язык жестов, кто кормил, поил, одевал и заботился обо мне, кто научил читать по губам? Это все Зина. Она родной мне человек и роднее, чем ты. И я как последняя дрянь, во исполнение твоих желаний должна выгнать ее на улицу. Человека, которая отдала нашей семье всю свою жизнь. Она моя старшая сестра и я горжусь этим.
– Так значит, я тебя неправильно понял. Когда ты заглядывала мне в рот, ты просто хотела узнать, что я говорю. Я же представлял, что между нами возникают чувства.
– Слава богу, что я вовремя узнала какая ты мразь. И думаю, нам надо расстаться.
– Осторожнее с выражениями, я могу и обидеться. Вот, – Сергей заметил бархатную коробочку, которую на протяжении всего разговора теребил в руках, – это тебе, на счастье.
– Придурок, – зло произнесла Аля, поднялась из-за стола и вышла из кафе.
– Ты пожалеешь, обязательно пожалеешь, – крикнул вдогонку следователь.
– Ты назвала его придурком? – чуть не смеясь проговорила Зина, продолжая нарезать огурцы на салат. – Ну так тому и быть. Освободи его на время от своего присутствия, и ты увидишь, как очень скоро он появится вновь. В ногах будет кататься и умолять принять его обратно.
– Только надо ли, мне все это будет. Вот в чем вопрос? – закончила Алина.
Звонок, прозвучавший поздно вечером, удивил женщин. Оторвавшись на источник, женщины переглянулись, как бы спрашивая: «Кто бы там мог быть?» Трель звонка настойчиво требовало обратить на себя внимание.
– Ты это слышала? – обратилась Зина к девушке. Алина кивнула. – Пойди посмотри. Если это Сергей, то я тебя умоляю, выпроводи его скорее. Не хватало еще соседям знать о ваших сердечных недоразумениях.
В третий раз звонок звучно прокричала в засыпающем доме. Открой, кивком головы отправила девушку Зина. Разрывая тишину подъезда, прозвучали две открывающиеся защелки и дверь тихо отворилась. Зина услышала вскрик Альки и шум в коридоре. На ходу, вытирая руки, она побежала на выручку Альке, но навстречу ей уже шел улыбающийся Илья. Сестричка висела на нем, обнимая за шею и обвив туловище ногами. Зина рукой нащупала стул и медленно опустилась на него. В руках она продолжала теребить полотенце и слегка вздрагивающие кончики пальцев, показывая глубокую степень переживаний. Слезы радости крупными горошинами скользили по улыбающемуся лицу Зинаиды.
– Пришел… ты дома… милый, родной. Как мы ждали тебя и как я люблю тебя? – радовалась сестренка, продолжая висеть на брате.
– Как? – улыбаясь, поинтересовался Илья.
– Очень-очень! – еще сильнее прижимаясь к брату, всхлипнула Аля и крепко поцеловала в губы, – ты насовсем?
– О, нет-нет… Даже не думай о таком… Я свое оттрубил. Только не знаю за кого. Отсидел десять лет и вышел по УДО, – улыбаясь успокоил сестру Илья, – по условно-досрочному освобождению. Два года скостили, но при малейшем нарушении закона впаяют новый срок и их добавят.
– Вы как? – Илья уже обращался к Зине.
– Да, по-разному Илюша, – расстроилась Зина и слезы градом продолжали скатываться по морщинистому лицу управляющей. – Если бы не помощь крестного Николая Борисовича тяжело было бы нам. Он разделил бизнес на три части, по которому вам с Алиной досталось по тридцать пять процентов от прибыли, себе же он оставил тридцать процентов. Тебе отец не рассказывал, что у фирмы, из-за реорганизации и смены оборудования, в последнее была масса кредиторов, и после смерти они все слетелись, как навязчивые мухи. Нет? Нам тоже… Банки, лизингодатели, клиенты все, как сговорились, обобрать фирму до нитки. Проверки активизировались, и каждый день обязательно приходила очередная проверка. То налоговая, то санстанция, то пожарники, то комитет по ценообразованию и все обязательно со штрафами по максимуму. Поговаривали, что от администрации поступило распоряжение закрыть фирму и почти на каждом заседании исполкома все его члены в один голос кричали, что наша фирма многое себе позволяет и так вести бизнес преступно. Начальник юридического отдела фирмы вовремя сбежал, а девчонки из бухгалтерии, испугавшись ответственности, в течение недели, уволились. Последней каплей, переполнившей чашу терпения, был инцидент. Когда ребята что-то напортачили с условиями большого контракта или сроками выполнения заказа. Я так до конца и не поняла. Ну ты же знаешь, они мальчики хорошие, исполнительные, но что не дал боженька им так это сообразительности и решимости. Был бы ты на месте, вы бы с Борисовичем что-нибудь придумали и не дали фирму разорить.
– Это уж вряд ли, – насупившись размышлял Илья.
