Уже в полицейской машине девушку терзали вполне четко оформленные сомнения. Сашу мутило от подступающей тошноты, ее голова кружилась от запаха бензина, чьих-то дешевых духов и курева. На горизонте неотвратимо возникал каверзный вопрос: «Как это, вообще, вышло?»
Едва они прибыли в гостиницу, в холле к Кристиану подошла невысокая, симпатичная женщина в полицейской форме, спросила документы, и сама представилась. Тогда неожиданно выяснилось, что Фишер каким-то образом исхитрился украсть небольшой семейный фотоальбом – буквально драгоценность, сделанную на заказ.
«Вот для чего нужен был весь этот спектакль в квартире! И вот, кого он ждал на остановке. Ненавижу… Ненавижу, ненавижу!»
Кристиан спокойно отдал альбом в руки служительницы правопорядка, затем с видом безукоризненно честного гражданина известил ее, мол, никакого отношения к краже не имею, ошибку совершаете, товарищ полицейский. Женщина вздохнула, ответив, что «в участке разберутся», а Кристиан вежливо попросил не забыть про Сашу, которая является его напарницей, за что сообщница по ограблению незаметно пнула детектива под коленку, пока они шли к машине.
Всё бы хорошо, абсурд происходящего даже забавлял (но не в те секунды), однако теперь девушку еще и нещадно укачивало. К счастью, водитель приоткрыл окно, и скоро ей стало легче бороться со рвотными позывами.
– Объясни, Крис, – шепнула Саша сердито своему невозмутимому боссу, – зачем непременно в участок?
– Скоро сама поймешь, не забивай голову всякими глупостями. Просто рационально сделать всё, чтобы в кратчайшие сроки получить необходимые для оперативной работы сведения.
– Признай, что Дима чем-то вывел тебя из себя! – огрызнулась она. – Другие частные детективы как-то без этих штучек обходятся.
– Ты забавная, когда сердишься. Видела картину Франца фон Штука, «Портрет медузы»? Очень похожа сейчас. Не удивительно, что санитары в психушке тебя боялись. Теперь сосредоточься. Мне нужно полезное знакомство, которое ты обеспечишь. Когда приедем, отыщи человека в форме, максимально психологически слабого, неустойчивого. Того, кому есть, что скрывать. Найди мне страх, неуверенность.
– Нет, – неожиданно очень серьезно ответила Саша, прикрыв глаза. – Ты принимаешь меня за какую-то ясновидящую. То, что ты сказал – невозможно. Я – интуитивный аналитик. Использую эмпатию и исследую результаты наблюдения за людьми. Нельзя прочитать человека сходу. Каждый – это индивидуальность…
Кристиан потер виски, небрежно перебивая ее:
– Бла-бла-бла… Просто делай, что я сказал.
Ярость в Саше кривой на диаграмме подскочила до отметки критической. Возможно, Кристиан понял это, хотя не смотрел в тот момент на девушку, а если бы и смотрел, то всё равно не прочитал бы ее эмоций. Он вздохнул и заговорил, словно объясняя малому ребенку очевидные вещи:
– Ты уже совершала невозможное на моих глазах. В самолете ты сходу из всех троих террористов вывела меня на наиболее уязвимого. Я не фанат бессмысленных поступков, и, если взял тебя с собой, значит, понимаю твой потенциал. Доверяй мне, если себе не веришь, – он не любил говорить такие вещи. Не любил даже о них думать, потому что на вкус они казались чужими, с каждым словом раздражался, и его тон звучал непререкаемо.
Тогда в самолете Саша была напугана. Ей неожиданно посчастливилось рассмотреть в чертах лиц людей то, что указывало на их эмоции, но речь шла практически о везении, о всплеске интуиции. Однако, она и сама понимала, что ей ужасно хочется выполнить указание Кристиана и испытать себя.
Наконец, ей позволили выйти на свежий воздух ненадолго – только чтобы добраться до помещения полицейского участка. Все служащие в форме стереотипно виделись ей одинаковыми, и ее охватила паника. Саша осознала, как невероятно сложно ей будет из всех людей найти необходимого. К тому же, полицейские гораздо лучше умеют держать себя в руках, и внимательны к собственным привычкам.
Ее взгляд, сканируя, прыгал с одного человека на другого. «Усталость, злость, занятость, смех, – порхали в голове не в форме слов, а в виде ощущений, понятия, – умиротворение, зажатость, вина…».
Когда ее остановили, чтобы женщина, проводившая задержание, отметилась в журнале у дежурного, Саша увидела в конце коридора человека, который что-то напряженно печатал на ходу в телефоне. Действовать следовало быстро, не сомневаясь и рассуждая. Она нервно дернула Кристиана за рукав и незаметным кивком показала в сторону выбранного человека. Детектив кинул на проходившего мимо внимательный взгляд, и на секунду Саше почудилось, что он – некое специальное оружие, автомат, срабатывающий в ее руках по четкому сигналу.
