– Поэтому вокруг снежно.
– И очень холодно… Холоднее, чем обычно. Открытое окно…
– Узелок – чувствуй его на пальцах, Александра. Быстро назови мне цвет.
– Чёрный, – рассеянно выпалила она, хмурясь. – Чёрная книга. Не среди остальных, она закопана в снег.
– И что на ней?
– Больно… Она жжётся холодом.
– Это плохо. Ты её не откроешь. Оставь её. Почему она чёрная?
– Не знаю.
– Но она именно чёрная. Почему? Чувствуй узелок на пальцах…
– Чёрные брюки на белом снегу, – пробормотала она и неожиданно округлила глаза, глядя на Фишера. – Вспомнила! Непонятно, как, но… я вспомнила. Только я почти уверена, что это были мои галлюцинации. Ты будешь смеяться. Знаешь… про слендермена?
– Городская легенда, искусственно созданная около года назад людьми, которым было нечего делать. Я знаю. Я знаком с тем конкурсом, где создавался данный миф. Над фото, полицейскими отчетами и детскими рисунками множество энтузиастов постарались. Ты видела слендермена?
– Тогда я еще даже не знала, кто это такой. Одна из новеньких медсестер мне рассказала про него уже позже. Всё случилось ночью. Я плохо спала из-за таблеток, в палате было душно, от запаха мочи у меня болела голова, я хотела попробовать хотя бы прильнуть к окну, чтобы сделать глоток чистого воздуха. Но если долго там сидеть, становится холодно от сквозняка. Моя палата находилась на втором этаже. Тогда я увидела на снегу внизу, в тусклом свете фонаря синеватую тень длинной руки. Она куда-то указывала. Когда я взглянула чуть влево, то увидела человека больше трех метров ростом в черном костюме. Он посмотрел на меня, и я поняла, что у него нет лица. Я не испугалась… Понимаешь, всё было слишком реально. Думать о мистике сложно, когда ты находишься в месте, где тебе угрожают вещи пострашнее привидений. Я просто оторопела, очень удивилась, замерла, не понимая, кто он и что здесь делает. Потом этот человек медленно пошел ко мне, и вот тут, испугавшись, я спряталась за кровать. Когда я выглянула снова, в окне никого не было. Вот только на снегу остались следы, и вряд ли нечисть их оставляет.
– Чепуха какая-то, – пробормотал Кристиан явно недовольно.
– Это говорит человек, который охотится за невидимыми демонами.
Он смотрел на нее, молча, какое-то время и Саша почувствовала, что он представляет, как сдирает с нее кожу заживо. Лицо его оставалось спокойным, но холод в помещении был отчетливый. Ей показалось, она только что плюнула на икону – так ей представились ее слова, и она покраснела, смутившись, разозлившись на себя и Кристиана. В его хладнокровном молчании в ответ на эту простую фразу ощущалось нечто странно и неуместно возвышенное.
Наконец, Фишер перестал ее пытать.
– Придется нам наведаться в больницу, – резюмировал он и поднялся с кресла.
– Нам? – негромко спросила она. – Я ни за что туда не вернусь, Кристиан.
– Боюсь, у тебя нет выбора. Ты нужна мне там.
– Что бы ты ни задумал, я не смогу помочь, – дрожа ответила Саша. – Я и минуты не выдержу в том месте…
– Я буду рядом. Ты просто сыграешь роль. Умеешь красить волосы?
Саша напряглась:
– Нет.
– Разумеется… Тогда я покрашу их тебе самостоятельно. Сегодня поучишься ходить с линзами и на каблуках. Твоим помощником будет Андрей.
– Кто? – Саша с растущей тревогой наблюдала за тем, как Кристиан роется в своем портфеле. Детектив сунул ей под нос удостоверение:
– Андрей Дёмин. Из охранного предприятия «Ти-Рекс».
Но растерянная Саша ничего на ламинированном картоне разглядеть не успела.
– С твоей легендой придется немного повозиться, но, в целом, проверку ты выдержишь. У меня есть ИП, зарегистрированное на чужое имя. Я использую его время от времени. Пока что ты – Виола Соболь. Привыкай. Глупо, зато запоминается. Теперь иди в ванную, мне нужно подобрать тебе линзы и цвет волос.
– Кристиан, я не сумею ориентироваться в ситуации, растеряюсь. У меня же паническая атака начнётся. Я асоциальна, и это – патология. Мне хочется помочь, просто…
– Я дам тебе хорошее успокоительное и всегда буду рядом, – перебил он, перекрывая этим все ее беспокойные возражения. – От тебя требуется только изображать мозговую деятельность и наблюдать за людьми.
– Вот теперь я точно никуда не поеду, – твёрдо произнесла она, глядя на него с яростью.
– Поедешь. Иначе всё останется, как есть.
Она молчала, сурово глядя на него исподлобья.
– Я хочу покрасить голову в парикмахерской, – наконец, резко заявила Саша.
– А ты можешь позволить незнакомому человеку прикасаться к твоим волосам? В прошлый раз ты сидела в кресле парикмахера, до ужаса его напугав. Ты ни разу не пошевелилась и не сказала ни слова.
– Может, я и боюсь людей. Но лучше пусть мои волосы искромсает незнакомец. Я не позволю тебе лишний раз ко мне прикасаться и плевать, какова цена, я крашусь у парикмахера. Мне противно, когда ты просто рядом стоишь, – выпалила она в гневе.
