Что-то подобное словам отморозка слышалось со всех сторон. Наконец цепь перестала светиться различными оттенками красного и превратилась в простое, потемневшее от времени серебро. Так вот о чём говорил Антеро в первый, самый жёсткий день моего статуса оруженосца. Он говорил, что бесполезно выдавать себя за рыцаря и что есть какая-то магическая метка. Странно, что метка на вполне материальном объекте, цепь денег стоит, и её может снять любой самозванец. Другое дело, что граф что-то говорил о моей временной присяге, может, ещё есть какие-то обряды, до которых я не допущен, видать, метки на теле я ещё не заслужил. Как-то, словно случайно, мне вспомнилось, что меня будто током ударило, когда я пытался снять подобную цепь со жмурика в лесу на второй день в этом мире. С этой магией как бы не сесть в лужу. Кто знает, может, при помощи этой цепи за мной можно следить или ещё что-нибудь сделать мне пакостное, надо будет при случае расспросить об этом Антеро…
– Защити свою честь и честь своего сюзерена! – воскликнул кто-то из приближенных графа. Это, похоже, уже напутствие на бой, а не часть ритуала.
– Нет никого доблестнее рыцарей графства Илмар! – хором прокричали все присутствующие и затопали правой ногой в знак одобрения решения графа. Топать правой ногой это аналог нашего рукоплескания, а вот левой ногой топать – это совсем не так…
Ага, как же! Так я и повёлся на ваше одобрение. Наверняка уже ставки делают, когда я полягу бездыханным.
– Родился новый человек! – завопил кто-то в толпе. – Имя ему сэр Ваден!
Похоже, эта фраза тоже часть обряда. Меня хлопали ладонями по лбу все присутствующие. Вероятно, что это часть обряда, напоминающая похлопывание по плечу. Достали уроды! У меня от вас уже лоб трещит. Все стучат по полу правой ногой, но я отчётливо понимаю, что никому из присутствующих верить нельзя, кроме моего отморозка. Ещё тот гадюшник, как показал бал.
– Поздравляю, Бестолочь! Отныне ты сэр Ваден! – внес свои пять копеек в моё поздравление Антеро, ударив меня по лбу. – Убей этого гавнюка, или я решу, что даром тратил на тебя своё время!
– Я, как сторона заинтересованная, хочу узнать, на каком оружии будет биться… этот сэр? – на слове «сэр» барон Ээмери сделал паузу, показывая своё презрение ко мне.
– На правах бывшего наставника я заявляю… – наступил мне на ногу Антеро, прежде чем я что-то успел сказать.
Дальше Антеро проявил себя на совсем незнакомом мне поприще оратора. Чего-чего, но такого я от него не ожидал. Он что-то говорил о моём праве как вызванной стороны выбирать себе оружие, как и о праве вызывающей стороны назначать время. Говорил бродяга и об обычаях варваров проходить посвящение в мужчины в схватке с медведем и даже с кабаном при наличии только ножа!
Дебил! Во врать-то! Ну, медведь ещё куда ни шло! Я хоть могу себе представить, как это делать, кинул шапку, чтобы медведь встал на две лапы, и на ближняк, шансы выжить, правда, около одного к сотне не в твою пользу! Но с кабаном-то как?! На слова о медведе часть матерых мужиков из присутствующих хоть как-то мотали головами[75], но с кабаном бродяга явно махнул лишнего…
Сказал мой отморозок и про то, что у меня пока ещё нет своего рыцарского меча, а с собой есть только нож и кинжал. Это он про оружие, что пришлось сдать у входа в донжон, я же всё-таки не дворянин, чтобы быть на балу со своим оружием, к тому же тут такое право надо заслужить…
Сказал, что если барон Ройне трус и не способен выйти, как мальчики варваров, с ножом против медведя, то он побрезгует даже плюнуть в его сторону.
Сказал, что по закону такому-то я вправе настаивать на своём оружии. В общем, бродяга выявил свои самые лучшие стороны в ораторском искусстве.
Если выражаться без мата, то у дворян был шок. Граф, похоже, вообще был в ауте и уже жалел, что посвятил меня в рыцари. Сэр Ээмери, похоже, не сразу понял, что надо было сразу перебивать фонтан красноречия Антеро, а тут уже прозвучало, что его подельник трус, если не согласится на мой выбор оружия. Я тихо обалдевал от примеров прецедентов в истории рыцарства и ссылок на законы. Прецедентное право форево! Как я тебя люблю, мой отморозок! Тебе бы в стряпчие пойти, да пишешь ты неграмотно и с трудом, что тут, как я понял, уже достижение. Не уверен, что тут все умеют хотя бы читать. Правы были мои сержанты в армии: устав – это все! «Жить по уставу хуже некуда, но знать устав ты обязан!» Устав – это не только палка, которой тебя бьют за провинность, но и средство тебе не загреметь в дисбат, который гораздо хуже тюрьмы, учитывая, какие сломанные люди оттуда выходят.
Граф и дворяне ещё находились в прострации. Советники графа морщили лбы в поисках противоречий в словах Антеро. Барон Ээмери выпал в осадок, как и я, но я ошалел от новых граней талантов отморозка, а барон – от подставы, от меня и Антеро.
– Я не уполномочен сейчас что-либо заявлять… – наконец разродился ответом барон Ээмери. – Мне надо посоветоваться с бароном Ройно…
