Я нацепил на руку щит. Украдкой надел на предплечье браслет и нажал чёрный камушек. Мне старший конвоя хотел торжественно вручить знамя отряда, но я от такой чести отказался. Нужна эта палка с тряпкой, как телеге пятое колесо. Держать стяг значит забыть про щит, а щит мне гораздо важнее палки с тряпкой. Естественно, что я выдал другую версию того, почему я не взял стяг. Сослался на то, что боюсь уронить честь стяга и конкретно его в грязи попачкать, когда буду биться с бароном на мечах. Звучит как полный бред, но для старшего в конвое прозвучало вполне убедительно. Считай меня, старший, очередным дурачком из деревни, что фанатеет от рыцарской романтики, мне же так проще.
Путь до стены как-то пролег на одном дыхании. Так себе стена. Семь метров в высоту, десять в длину. Другое дело, что за стеной ущелье шириной десять метров, стреляй сверху – не хочу. В конце, по слухам, вообще тоннель, а это четкая смерть. Коридор смерти, и только.
– Ты кто такой и что тебе надо? – раздался голос со стены.
– Не видишь, что ли?! Я путник! Ты бы там слез со стены и открыл ворота. Я проехать хочу! – заорал я в ответ, чётко вспоминая совет гнома о сохранении своего инкогнито.
Кого я дурю?! Какое инкогнито?! Эти уроды вывесили стяг графа, и каждая собака теперь знает, от кого я.
– А что ты тут забыл? Больно надо каждому ворота открывать! Говори, с чем пожаловал! – прокричал мне уже другой голос со стены.
– Что мне надо, не твоё дело! Я путник и хочу на вашу долину посмотреть! С людьми поговорить! С бароном вашим пообщаться! – гнул я свою линию инкогнито. Чую, сейчас начнут стрелять. Дарин говорил, что они тут с головой не дружат.
– Будет ещё барон разговаривать со всякими! Говори, с чем пожаловал, или катись отсюда, а будешь настаивать на своём, то получишь стрелу! Нам отсюда видно, что ты не один, так можешь своим и передать!
– Они такие же мои, как и твои! Если бы вы вместо того, чтобы стрелять по мне, пристрелили вот тех парней, кроме рыцаря, то я бы был вам очень благодарен! Я тут не по своей воле. Мне один фиг помирать, если я с вашим барон не поговорю, – ору я и понимаю, что сейчас по мне начнут стрелять.
Надеюсь, что стрелять будет одиночка, а не залпом. От первых выстрелов меня браслет защитит, а вот дальше есть два варианта. Конечно, на стене быстро разберутся, что у меня есть артефакт от стрел, и будут по мне стрелять уже залпом. Один залп, и нет у моего артефакта силы. Не так много шансов уйти живым от залпа стрел, но их всё же больше, чем при встрече с «тощей вдовой».
Блин! Только сейчас до меня дошло, что лошадь от стрел не защищена! Мне конец! Отставить панику!
Первые стрелы будут по мне! Значит, по лошади никто стрелять не будет! Я за время первых выстрелов успею лошадь развернуть и броситься наутёк. Лошадь уже наберёт скорость! А если по крупу ляжет стрела, то главное на ней удержаться, а уж она куда-нибудь вынесет подальше от стены. Даже если конвоиры поймают, то можно отговориться, что просто лошадь понесла, а дальше что-нибудь придумаешь, как выкрутиться!
Понятно, почему Антеро не стал меня посвящать в свои планы бегства от конвоиров, мне о своей шкуре сейчас надо думать и на лошади удержаться при том, что наездник из меня, как из говна пуля. Меньше знаю, крепче нервы…
– Жди тут! Не вздумай уезжать! Сейчас мы решим, что с тобой делать! – прокричали мне в ответ.
Ну, по крайней мере, стразу стрелять не стали. За такими размышлениями я ждал.
Между делом я как бы случайно повернул лошадь боком к стене, удобнее разворачивать её будет при бегстве, но бегство всё откладывалось. Ждать пришлось долго. Прошло не меньше получаса, когда мне со стены закричали:
– Кто ты, безумец, что осмелился явиться сюда? Несите сюда арбалет, сейчас одним дураком меньше станет! – вопил кто-то со стены басом.
– Сам ты безумец! Сам ты дурак! Я не более, чем ты, безумен! Я явился сюда не по своей воле. Видишь вот тех добрых парней, что сидят вон там в отдалении! Они охраняют меня как от орков, так и того, чтобы я случайно не перепутал дорогу до этого баронства.
Ну просто накипело! Долгое ожидание, нервы, уверенность, что по-любому будут стрелять. Из всего перечисленного родилась готовность тикать как от охраны стены, так и от конвоиров графа.
– А ты нахал! По твоим речам выходит, что ты предпочтешь бегать вокруг столба, наматывая на него свои кишки, когда тебя будут подгонять раскаленным железом! Кто ты такой, чтобы мне грубить?! – кричали со стены.
– Каков приём, такой и ответ! Я что, виноват, что ты гостя держишь на пороге, кем бы ты там ни был?! Угрожаешь мне, а сам даже имени не спросил! А мне говорили, что здешний хозяин умён и гостеприимен! Каков хозяин, таковы слуги и близкие! Судя по приёму, врали, похоже! Открывай, собака! Мне один фиг подыхать, либо от твоей стрелы, либо от тех милых парней, что прячутся в лесу! Предпочитаю сдохнуть от того, кто не связан с графом!
