— А почему нет? — пожала плечами Кларк. — Ткань дышит, обеспечивает терморегуляцию. Мне комфортно, полный гомеостаз.
— Так это в воде, Лори. А у воздуха другие свойства. Скорее всего, у тебя дефицит витамина К.
— Со мной все хорошо, — безразличным тоном ответила Кларк.
Лазарет довольно заурчал.
— Как скажешь... — Уэллетт решила не продолжать тему.
Мири снова разинула рот.
Они прокладывали маршрут по заброшенным дорожным знакам и бортовым картам. Уэллетт упорно отказывалась выходить в сеть. Кларк пришлось задать вопрос по поводу остановок на пути. Белфаст? Кэмден? Фрипорт? Еще до конца света они были лишь непримечательными точками на карте: почему бы не поехать в Бангор, всего- то несколько километров к северу? Туда, где жили люди.
— Теперь уже нет, — сказала Така, перекрикивая неистовые оркестровые качели, которые, по ее словам, сочинил какой-то русский маньяк по фамилии Прокофьев.
— Почему?
— «Города — это кладбища человечества». — Она явно кого-то процитировала. — Существовал какой-то порог, сейчас точную цифру не вспомню. Некое магическое число количества людей на гектар. И любой городской центр его серьезно превышал. В общем, если Бетагемот попадал на территорию с высокой плотностью населения — не говоря уже о болезнях, которые следовали за ним по пятам, — он распространялся как лесной пожар. Стоило одному чихнуть — заболевала сотня. Микробы любят толпу
— Но в малых городах все было нормально?
— Ну как видишь, не нормально. Там Бетагемот распространялся медленно, да что я говорю — он распространяется до сих пор. В городках народу было мало, а зимой и того меньше. Землю между ними скупили богачи. — Уэллетт жестом указала на жухлую листву за ветровым стеклом. — Здесь были сплошные частные владения. Состоятельные старые мужчины и женщины, которые не тусовались, имели хорошее медицинское обслуживание. Разумеется, теперь их больше нет.
«Наверное, на „Атлантиду" отправились, — подумала Кларк. — Некоторые, по крайней мере».
— В общем, когда «огненная ведьма» появилась, у крупных городов было только два выхода, — продолжала Уэллетт. — Либо отгородиться от мира баррикадами и генераторами статического поля, либо помереть. Некоторые не смогли себе позволить генераторы, поэтому остались без вариантов. Я не была в Бангоре с пятьдесят третьего. Насколько я знаю, там даже тела не убрали.
В Бакспорте они встретили первых живых пациентов.
Мири свернула с главной улицы примерно в два часа ночи и остановилась около циркулятора Кальвина от Красного Креста, на панели которого мигал предупреждающий желтый сигнал. Уэллетт осмотрела его, пользуясь светом от старого, оставшегося еще с прежних времен, рекламного щита, работающего на солнечной энергии, тот неутомимо рассказывал всем вокруг о преимуществах умной одежды и диетических проглоттидов.
— Необходимо пополнить запасы, — Така забралась в Мири и вызвала меню.
— А я думала, они получают все необходимое из воздуха, — сказала Кларк. Иначе для чего еще был нужен фотосинтез. Лени, помнится, сильно удивилась, узнав, сколько сложных молекулярных соединений были нечем иным, как комбинациями азота, углерода и кислорода.
— Микроэлементы заканчиваются. — Уэллетт схватила из раздатчика картридж из целлюлозы, заполненный красной и ярко-коричневой пастой. — В этом, например, почти нет железа и калия.
Рекламный щит все еще настойчиво предлагал уже несуществующие товары и одежду и на следующее утро, когда Кларк с трудом втиснулась в туалетную кабинку Мири. Когда она вышла оттуда, к ветровому стеклу прилипли два силуэта.
Она осторожно переступила через Уэллетт и устроилась между двумя ковшеобразными сиденьями. Двое мальчишек-индусов — одному около шести, другой почти подросток — уставились на нее. Склонившись вперед, она посмотрела в ответ. Две пары черных глаз расширились от удивления; младший тоненько вскрикнул. В следующую секунду обоих мальчишек как ветром сдуло.
— Это из-за твоих глаз, — сказала Така.
Кларк обернулась. Доктор сидела, обнимая спинку водительского сиденья, и моргала от утреннего света.
— И костюма, — добавила она. — Серьезно, Лори, ты в этом прикиде похожа на дешевого зомби. — Протянув руку за спину, она постучала по двери стенного шкафа: — Можешь что-нибудь взять у меня.
К своему выдуманному имени Лени уже привыкала. Но непрошеный совет Уэллетт — это совсем другое дело.
Когда они вылезли из машины, около той уже выстроилась очередь из шести человек. Така, улыбаясь, пошла к заднему борту и подняла тент. Кларк, еще не совсем проснувшись, последовала за ней; рты Мири раскрылись, когда она проходила мимо. Серебристая обшивка исчезла, в цилиндрических стенах теперь виднелась сеть сенсорных датчиков.
Иконки и сигнальные индикаторы замерцали на панели управления в заднем отсеке Мири. Уэллетт машинально пробежала по ним пальцами, следя за собирающимися пациентами.
— Все стоят. Кровотечений не видно. Симптомов Бетагемота тоже. Начало хорошее.
