– Чего ждёшь? – спросила она, глядя на меня вопросительным взглядом. – Думаешь, что еда отравлена?
– А-а… есть столовая ложка? – неуверенно спросил я.
– Я всё мелко нарезала, так что ты можешь пить этот суп как воду, – ответила она, слегка улыбнувшись.
– Я тебя понял.
– В нашей культуре принято, что гость первым пробует блюдо, приготовленное хозяевами. Если идёшь в гости, будь готов к последствиям, – добавила она с лёгкой усмешкой.
– Какие у вас необычные традиции, – ответил я, чувствуя, как её слова заставляют меня улыбнуться.
Я сделал первый глоток и сразу же обжёг язык. Несмотря на это, суп оказался на удивление вкусным.
Сначала я ел маленькими глотками, но после её слегка угрожающего взгляда начал делать большие глотки, обжигая весь язык.
Затем она приступила к еде. Мы молча ели, или, точнее, пили суп, изредка бросая друг на друга взгляды.
– Я совсем недавно обрёл силу тёмной материи и даже не знал, что у таких, как мы, есть собственные территории. Простите, что вошёл на вашу территорию без вашего разрешения, – сказал я, прерывая тишину.
– Забудь, – ответила она, махнув рукой. – Скажи, что заставило тебя сюда зайти?
– Эм… любопытство, – признался я. – Меня бы здесь не было, если бы я не уснул в автобусе. Я оказался здесь случайно.
– Я не думаю, что ты оказался здесь случайно, – очень уверенно произнесла она эти слова. – После всего, что с тобой сегодня случилось, ты продолжишь следовать своему любопытству?
– Я никогда раньше не чувствовал себя таким живым. И теперь понимаю, как появляется зависимость: сначала ты испытываешь очень яркие эмоции, а потом хочешь переживать их снова и снова. Да именно так и возникает зависимость – сперва ты испытываешь невероятно сильные эмоции, а потом стремишься повторить их снова и снова.
– Ты не боишься умереть? – спросила она, глядя на меня с лёгким любопытством.
– Конечно же, я боюсь смерти, но лучше так, чем всю жизнь прожить в сожалениях, – ответил я, стараясь звучать уверенно.
– И что же прекрасного ты находишь в битвах и сражениях? – продолжила она, словно пытаясь понять мою мотивацию.
– Я не знаю, – честно признался я. – Это как спросить курящего человека, ради чего он курит и продолжает это делать.
– Чего же ты хочешь достичь в жизни? И о чём ты мечтаешь? – не отступала она, продолжая задавать вопросы.
– Я уже исполнил свою мечту. Чего ещё желать от жизни? – ответил я, пожимая плечами.
– И какая твоя мечта исполнилась и стала явью? – настаивала она.
Я задумался, чувствуя, как слова застревают у меня в горле.
– Я мечтал… ощутить… – начал я, но она прервала меня.
– Отвечай прямо и без увиливаний, – сказала она, и её рука потянулась к мечу, словно напоминая о серьёзности её намерений.
– Я мечтал хоть раз в жизни влюбиться, и вот я влюбился, – с огромным трудом выговорил я эти слова.
– Только и всего? – удивилась она, подняв бровь, – А сколько тебе лет?
– Мне семнадцать лет, – ответил я.
Сообщение о моём возрасте вызвало у неё явное удивление, граничащее с шоком.
– Что-то не так с моим возрастом? – спросил я, чувствуя себя немного неловко.
– Ты ещё ребёнок, причём очень странный ребёнок, – ответила она, качая головой. – А жаль, а я хотела тебя изнасиловать.
«Может, мне просто послышалось, или всё же нет?» – промелькнуло у меня в голове, но я решил не уточнять.
– В свои семнадцать лет ты неплохо сражался, – похвалила она меня, и в её голосе прозвучала искренняя признательность.
Её слова приятно взбодрили меня. Удивительно, как обычные слова могут так сильно влиять на человека.
– Хочешь добавки? – спросила она и, не дожидаясь моего ответа, взяла мою миску и налила мне и себе вторую порцию супа. – Можно узнать имя твоей души? – задала она весьма странный вопрос.
– Имя моей души? – озадаченно переспросил я, – У душ бывают имена?
– Ты не знаешь о таких базовых и элементарных вещах? – поинтересовалась она, сделав для себя определённый вывод. – Я спрашиваю тебя об имени твоего меча, – переформулировала она свой вопрос, слегка покачав головой.
– Бетельгейзе, – ответил я.
– Бетельгейзе? – повторила она с явным недоумением, и я кивнул. – Ты издеваешься надо мной?! – её голос стал угрожающим, а взгляд – холодным.
– Нет, простите меня. Но я мало что знаю обо всём этом, ведь я лишь неделю назад получил эту силу, – попытался я сгладить ситуацию, чувствуя, как напряжение нарастает.
– Покажи мне свой меч, – сказала она повелительным тоном, не оставляя места для возражений.
Я освободил тёмную материю и создал из неё меч, который с почтением вручил ей.
– Может, у тебя меч-подражатель? – произнесла она неуверенно, внимательно изучая меч.
– Лозардо, – произнесла она, и в её руке мгновенно появился огромный цвайхендер.
– Бетельгейзе, – произнёс я, но в моей руке ничего не появилось. – Быть может, мой меч соврал мне и не сказал своего настоящего имени?
– Это так не работает, – сказала она, возвращая мне меч. – Но знай, если ты солгал, я снова изобью тебя до полусмерти. Ты меня понял? И я благосклонно даю тебе второй шанс исправиться – назови настоящее имя своего меча.