В какой-то момент температура моего тела начала повышаться. И от этой жары мой орган под штанами начал пробуждаться. Я ощутил небывалый прилив сил и энергии, словно я сгораю как звезда. Внутренний огонь разгорался всё ярче, наполняя каждую клеточку тела неиссякаемой энергией. Под кожей пульсировала кровь, а вены на руках стали отчётливо видны.
Я был готов сойти с ума от этой жажды, и мне хотелось побыстрее потратить эту бурлящую энергию внутри себя. Пульсирующая энергия требовала выхода, толкая на необдуманные поступки. Внутренний огонь грозил сжечь все преграды на своём пути. Необходимо было найти способ направить этот поток в продуктивное русло. Контроль над ситуацией был важен как никогда.
Лилия была спокойнее, чем когда-либо; её спокойный и уверенный взгляд вызывал у меня смешанные чувства.
– Это твой первый раз? Чего же ты ждёшь? – произнесла она, помогая рукой дойти до нужного места.
Я полностью отдался её власти, я был бессилен перед её женскими чарами. Стремление к прекрасному одурманивало мою голову, освобождая её от ненужных потоков мыслей. В забвении наслаждений я будто освободился от всего, оковы пали, словно отделяя меня от моего «я».
В конце нашей любви Лилия выпила немного моей крови из сонной артерии, и я отключился. Я погрузился в вязкую тишину. Мир вокруг растворился в беспросветной черноте.
Четвёртая часть
***
Я проснулся в своей кровати; вчерашние события были не сном, так как я проснулся сильно уставшим, словно бы вчера работал 12 часов в шахте. Ощущение тяжести в теле говорило о серьёзной физической нагрузке. Мышцы ныли, словно после изнурительной тренировки. Я никогда в своей юной жизни так сильно не уставал, как сейчас. Я пытался снова заснуть, но, как ни старался, уснуть не мог.
– Так вот в чём был подвох, из меня словно всю энергию высосали. Она вампир и суккуб, что за ужасное сочетание, – пробормотал я, чувствуя себя разбитым.
Я с трудом встал с кровати и побрёл на кухню. Там я застал маму, пившую чай; казалось, она ждала моего пробуждения. Выражение её лица ясно указывало на желание начать разговор. В её взгляде читалась некая смесь любопытства и тревоги. Слегка поджатые губы и приподнятые брови говорили о внутренней борьбе. Она несколько раз открывала рот, словно собираясь что-то сказать, но тут же закрывала его.
– Не тревожь меня, мама, говори открыто и прямо, – сказал я, садясь за стол.
– Напоследок жизни, ты решил весело провести время, приводя домой легкомысленных барышень? – спросила она, доставая из-под стола женское нижнее бельё и крутя его в руке.
– Откуда у тебя… – начал я, но вдруг вспомнил, как мы с Лилией клали в стиральную машину её одежду. – Ты нашла только это бельё?
– Мне что, привезти тебе из ванной женские длинные волосы? – ответила она, её голос звучал с лёгкой иронией.
«Значит, она забрала все свои постиранные вещи из стиральной машины, кроме одной. Наверное, это бельё оказалось на верху барабана, или меня кто-то жёстко подставил», – подумал я, чувствуя лёгкую панику.
– Где ты их нашла? – спросил я, стараясь сохранить спокойствие.
– В ванной, – ответила она, её голос звучал ровно. – Ладно, что бы там ни было, я тебя не осуждаю. Но надеюсь, ты предохранялся?
– Да, – соврал я, чувствуя, как нарастает напряжение.
– Точно? – спросила она, пристально глядя на меня.
– Оно бы мне не помешало, – буркнул я, избегая её взгляда.
– Господи… – сказала она, вздыхая. – Одевайся, мы едем к врачу сдавать анализы на ЗППП. Быстро одевайся, пока я спокойна… – произнесла она как-то неуверенно.
– Вряд ли наши врачи могут вылечить болезни другого мира. И я не спал с шлю… впрочем, не важно, – ответил я, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля.
– Ты занимался любовью с суккубом? – спросила она, её голос звучал с лёгким удивлением.
– На каком основании ты сделала такой вывод? – спросил я, пытаясь сохранить хладнокровие.
– Посмотри на себя в зеркало, и поймёшь, – ответила она, её тон был спокойным, но в нём чувствовалась лёгкая тревога.
Я достал свой телефон, включил фронтальную камеру и увидел большие синяки под глазами. Моё лицо было уставшим и измождённым. Вчерашний день оставил свой отпечаток на моём лице, словно я прошёл через испытание, которое вытянуло из меня все силы.
– У меня плохие новости, – сказал я, глядя на маму.
– Эта новость связана с моими будущими внуками? – спросила она, её голос звучал с лёгкой тревогой.
– Мне кажется, что я вскоре покину этот мир и перейду в другой, – признался я, стараясь говорить спокойно.
– И ты ради какой-то распущенной женщины готов пойти на такой подвиг? – произнесла мама, её слова звучали несвойственно для неё.
– Мам, она бывшая принцесса, и она… – начал я, но мама перебила меня.
– Это не меняет моего мнения, – сказала она, её голос звучал твёрдо.
Я налил себе чай и положил две столовые ложки сахара, затем ещё добавил сахара, потом ещё и ещё.
– Хватит! – не выдержала мама, её голос звучал с лёгким раздражением.
В последнее время моя мама начала терять хладнокровие и спокойствие, что было для неё необычно.