Сердце Макмилланны быстро забилось от этой неизвестности; как бы это странно ни звучало, но она всегда боялась ограниченности информации. Эта загадочная улыбка незваной гостьи оставила больше вопросов, чем ответов.
– Зачем ты оставила свои трусики на самом видном месте? Чего ты хочешь от нас? И чего ты добиваешься? – спросила Макмилланна, преодолевая свой страх, её голос звучал твёрдо, но с лёгкой дрожью.
– Я сама не в восторге от этого, – ответила Лилия, её голос был спокоен и ровен.
Сердце, которое готово было выпрыгнуть из груди, успокоилось, когда она услышала ответ неожиданной гостьи. Слова гостьи, словно капли дождя на раскалённых камнях, оставили после себя ощущение прохлады и облегчения. Мысли, ещё недавно хаотично метавшиеся, теперь обретали стройность и порядок. Будущее, казавшееся таким туманным, начинало проясняться, как ясная погода.
– Так, кто или что заставило совершить такой неприличный поступок? – спросила Макмилланна, её голос звучал с лёгким недоумением.
– Наши боги, – ответила Лилия, её тон был спокоен, но в нём чувствовалась горечь. – Самых сильных мы называем богами; у них свои развлечения и забавы.
Макмилланна встала со стула, извинилась перед Лилией за ранее сказанные неуместные слова и, изящно поклонившись, попросила прощения.
– Мама, я не держу на вас зла за ваши слова, – сказала Лилия, её голос звучал мягко и тепло. – Вы, как любящая мать, вправе беспокоиться о своём сыне. Я не хотела подслушивать, извинений не требуется.
Пазл постепенно собирался, открывая всё новые и новые элементы. Макмилланна была спокойнее, чем когда-либо, и всё же ей предстояло ещё много внутренней работы, чтобы полностью разобраться в происходящем.
– Чего же хотят от нас боги? – спросила Макмилланна, её голос звучал с лёгкой тревогой.
– Хлеба и зрелищ, – ответила Лилия, её слова были прямы и честны. – Если Альдерон разочарует богов, вы оба умрёте, в том числе и я.
– Ясно, – сказала Макмилланна, её голос звучал смиренно.
– Могу ли я узнать, кто отец Альдерона?
– Я сама толком не знаю, – ответила Макмилланна задумчиво.
– Как же вы не знаете? – удивилась Лилия, а затем удивление сменилось шоком.
– Я забеременела, будучи девственницей, – призналась Макмилланна, её голос звучал тихо, но уверенно.
– Как это? – удивилась Лилия, её глаза расширились от изумления.
– Я сама не знаю, как это случилось.
Наступила долгая тишина. Всё будто бы начало стремительно меняться. Лилии казалось, что её мир вкушает запретный плод, который ведёт их к гибели.
Ввиду отсутствия использования магии замедления времени, Лилия на протяжении длительного периода находилась в состоянии отрешённости от внешнего мира.
– Присматривай за моим сыном, он иногда бывает не слишком сообразительным.
– Мне интересно, в чём секрет вашей мудрости? – спросила Лилия, надеясь узнать что-то полезное.
– Всё просто: я задаю много вопросов. Например, почему эта вещь стоит именно столько? Почему она сделана именно так? Почему человек принял такое решение, а не другое? Почему произошла та или иная трагедия? Я постоянно стремлюсь к познанию, задавая вопросы и находя на них ответы. К счастью, у меня есть доступ к интернету, который помогает мне восполнять пробелы в знаниях. Благодаря этому я глубже понимаю суть вещей.
– Неужели всё так просто?
– Этим я занимаюсь всю жизнь. Мои мысли не останавливаются, они текут непрерывно, как река. Жаль, что сын не унаследовал мою склонность к размышлениям.
– Возможно, его уникальный ум проявится в бою и поможет ему выжить.
– Разве ваш мир настолько жесток? И каковы шансы Альдерона выжить в нём?
– В постели он был хорош, так что шансы у него довольно высоки.
– Как это понимать? Какая связь между этим и выживанием?
– Во время близости мы, женщины, забираем у мужчин их жизненную энергию. Чем больше энергии ребёнок получает от отца, тем больше у него будет магической силы – маны.
– Сначала я подумала, что мой сын связал свою судьбу с высшим суккубом.
– Я не суккуб. Наш мир гораздо сложнее, чем вы можете себе представить.
– А что такое жизненная энергия? – спросила Макмилланна.
– Жизненная энергия – это основа магии, по крайней мере, так принято считать.
– И когда же у меня появятся внуки?
Лилия рассмеялась, и комната словно озарилась солнечным светом.
– Это зависит от Альдерона, а не от меня. В нашем мире слабый мужчина не способен оплодотворить сильную женщину. Конечно, в истории бывали исключения, но они редки.
– Есть ли у моего сына шанс стать сильнейшим?
– Вы так сильно хотите внуков?
– Да, – ответила Макмилланна. – Пожалуй, я принесу его детские фотографии.
Макмилланна принесла из своей спальни альбом, в котором хранились детские фотографии Альдерона. Старые фотографии всегда пробуждают тёплые воспоминания. Каждая из них – словно застывший миг, драгоценный осколок прошлого, который хранит в себе частичку счастья.