— Хорошо, допустим. Проведем генетическую экспертизу. — Он повернулся к Кё. — И если окажется, что это не так, я тебя засужу.
Кё самоуверенно ухмыльнулась и пожала плечами.
— Да пожалуйста. Кстати, Ягами-кун, волосы для экспертизы можешь прямо сейчас взять. Кано меня в машине ждет.
Почему-то онемели руки и затряслись коленки. Но Лайт все же заставил себя подняться и проследовать за чертовой девицей на улицу.
За воротами действительно стояла машина. За рулем сидел какой-то парень весьма неприятной наружности, а на заднем сидении удобно расположился мальчик трех лет.
— Ну так что, они заберут мелкого, или нет? — поинтересовался водитель, увидев Кё.
— Таитиро, помолчи, — резко сказала девушка, открывая заднюю дверь. — Кано?
Мальчик оторвался от видавшей виды игровой приставки и поднял взгляд сначала на Лайта, а затем на стоящую перед ним Кё.
— Посиди смирно, я у тебя выдерну пару волос…
Кано отодвинулся от нее подальше.
— Не хочу, — сердито сообщил он.
— Надо. Иначе я заберу у тебя приставку, — пригрозила Кё.
Мальчик надулся еще больше, но подставил макушку.
— Ай!
Кё выдала «материал» Лайту.
— Держи. Я заеду через неделю.
Лайт, уже представляя, что скажет отец по этому поводу, уныло кивнул. Кё, улыбнувшись, устроилась на переднем сидении.
— Трогай, Тай!
Кано поднял голову и посмотрел ему прямо в глаза. Лайта пробрало. Будущие результаты экспертизы предсказать было не сложно. Он развернулся и уныло поплелся в дом, предвкушая увлекательный разговор с отцом…
***
Соитиро не верилось в то, что это происходит на самом деле, и Лайт это знал. Он и сам едва ли верил. До этого дня — идеальный сын, гордость семьи, а теперь…
Его отец мрачно смотрел в бланк с результатами анализов, сам же Лайт сидел напротив и с тяжелым сердцем ждал бури.
— Так это правда, — грозно сверкнул очками Соитиро.
Лайт, не глядя на отца, пожал плечами.
— И что ты теперь будешь делать?
— Не знаю. Может, в приют отдам. Не-зна-ю.
Голос Соитиро стал опасно-вкрадчивым.
— В приют? Ну, знаешь, Лайт. Я считал, что ты — взрослый, разумный человек. Теперь я вижу, что я ошибся. — Лайта передернуло. — Вот, что я тебе скажу, сын. Сам дел натворил — сам разгребай. Ребенок не должен страдать из-за твоей глупости. — Лайт сердито посмотрел на отца исподлобья, но смолчал, зная, что его в такие моменты лучше не перебивать. — Ты его оставляешь, и это обсуждению не подлежит.
Лайт прикрыл глаза и судорожно втянул носом воздух, пытаясь успокоиться.
— Папа, — четко, с явно проскальзывающей в голосе злостью начал Лайт. — Я ту идиотку в лицо едва помню. Этот мальчишка мне никто, понимаешь? Никто. Я не могу, просто не могу воспринимать его как…
Котелок вскипел: Соитиро покраснел и со всей силы стукнул кулаком по столу.
— Значит, спать с кем попало — это пожалуйста, а как отвечать за свои ошибки, так ты не готов? — прогремел Соитиро. — Вот что, Лайт: либо ты оставляешь этого ребенка и заботишься о нем, как подобает, либо ты здесь больше не живешь!
— Папа!..
— Ах, да… Денег я тебе в любом случае больше не дам. Зарабатывай сам. Мне плевать, как. Раз такой взрослый — сам о себе заботься.
Лицо Лайта окаменело. Он сжал губы, поднялся из-за стола, схватил бланк и, ни слова больше не говоря, вышел из комнаты.
***
Лайт сердито смотрел в потолок и жаловался на жизнь своему личному психоаналитику, который выгодно отличался от своих коллег тем, что брал за сеансы не астрономическое количество йен, а всего-то пару яблок.
— Я все еще не верю, — покачал головой Лайт, глядя на результаты генетической экспертизы.
Он откинул от себя бланк и заложил руки за голову.
— Так что, теперь ты даже дома не сможешь со мной разговаривать? — проскрипел Рюук.
— Даже не знаю… — Лайт кинул взгляд на ящик стола, где под вторым дном лежала Тетрадь Смерти. — Тетрадь, похоже, придется перепрятать. Мало ли, я же не знаю, насколько загребущие ручонки у этого сосунка…
Рюук догрыз причитающееся ему яблоко и заметил:
— Как негативно ты к своему сыну относишься. И это он еще с тобой не живет…
Лайт посмотрел на него как на идиота.
— А как мне еще к нему относиться? Это, прежде всего, отпрыск тупой шлюхи-домушницы, а не мой. К тому же, она сама виновата, если хочешь знать. «Ой, куда это я задевала гондоны? Ну ладно, давай так…» — зло передразнил покойную воровку Лайт. — Хотя я, конечно, тоже хорош. Народную мудрость «вынимать надо вовремя» познал исключительно на собственном опыте…
— Я уже говорил тебе, что ты оптимист? — оскалился Рюук.
Лайт раздраженно отмахнулся от него и стал разбирать ящик, где до этого дня надежно хранилась Тетрадь Смерти.
***