Конечно, развязок может быть несколько. Первая — у нас есть что-то общее, в принципе, что и является правдой, вторая — мы втянуты в какую-то херню, что тоже является правдой, ну и третья — пошлая. Тут каждый думает в меру своей распущенности.
Ну, а если сказать проще, то все так подумали.
Когда на шею к моему брату прыгнула эта блондинистая сучка, я резко вырвалась со своих мыслей и стала сверлить её презрительным взглядом.
— Дэн! — визжала, как резаная. — Ты где так долго пропадал? — брат лишь одной рукой обнял её и отцепил от своего тела.
— Карина, прости, но между нами больше ничего быть не может, — мне кажется или моя челюсть была уже около пола. Что? Он бросил её?! Ну, братец, ты поднялся в моих глазах.
— Как? — хлопая ресницами и раскрыв рот, как рыба, стояла стерва. Так тебе и надо.
— Вот так, Карина, — Денис спокойно прошел за парту, где уже сидел его друг. Я лишь ухмыльнулась сучке и подмигнула брату, пройдя к своей парте, где сидела охреневшая Саша.
— Уёбок! — заорала она и вышла с кабинета, за ней, ясное дело, побежала Аня, которую, похоже, кинул Макс. Молодец, Волков!
— Где вас носило три дня? — как только я поворачиваюсь к подруге, она выкидывает свой вопрос прямо в мое лицо.
— Да так, дела были… — увиливаю я и открываю тетрадь по русскому, так как в класс вошла учительница.
— Не ври, — нет, ну блин, поверь, я же не могу сказать, что эти трое придурков помогают моим предкам в чем-то. — Я видела тебя по телевизору с Artjy, — так, сейчас просто стоит правильно выкрутиться, но для тебя, Котовой, это же не проблема, правда?
— Да, он пригласил меня спеть, а эти придурки были на тренировке. Их пригласили, на самом деле. А вообще, там путаница была, — безбожно вру я и улыбаюсь.
— А у нас соревнования на этих выходных, боюсь быть слабым звеном в команде, — поникает подруга, переводя тему. Ну, хоть прокатило.
— Да ладно тебе, соберись и покажи класс, ты же можешь! — я записала тему урока и примеры местоимения в тетрадь. — Вон Алексееву и Белову киданули через кхм… — я театрально кашлянула и улыбнулась.
— И что, они наоборот будут стараться, чтобы выебнутся перед ними, — кивая головой к брату и Максу, шипит подруга.
— Довыебываются рано или поздно, — усмехаюсь я. Когда-то одна уже довыебывалась, в итоге осталась ни с чем. И нет, это не я, это мой злейший враг, который получил своё.
Подруга улыбается, и мы продолжаем писать, иногда перекидываясь словами и смешками. Хорошо, что учительница была старая и слегка слепа и глуховата, так что мы не получали нагоняев.
***
Вот и настал урок физкультуры. Я до сих пор чувствую боль, и, чтобы убедиться, ущипнула себя и зашипела. Всё-таки чувствую.
Самое ужасное не моё позорное падение или ещё чего, я не знаю смогу ли не заорать от боли, когда упаду. Я не привыкла к ней и могу просто не суметь сдержать себя. Ладно. Справлюсь, не зря же я себе набила целую кучу синяков, которые немного болят, если к ним прикоснуться.
Я переоделась в форму и посмотрелась в общее зеркало. Синяки были везде. Синие, уже полу сошедшие зелено-коричневые, фиолетовые. Фу, самой себе от себя противно.
Посмотрела на Карину и слегка удивилась. Поправилась, что ли? Конечно, смешок я не сдержала.
— Чего смеешься! — пискнула та.
— Да так, шоколада меньше жри, — смеялась я, а за спиной ещё послышались смешки, от чего лицо Алексеевой стало багровее.
— Ой, а сама пиццу с гамбургерами трескает, — не отстает эта тупица.
— Хмм… Ты права, — я прикладываю палец к нижней губе, типа задумалась. Да, актриса с меня ужасная. — Но, как видишь, мне параллельно, — улыбаюсь я и смотрю на себя в зеркало опять.
Ноги палки, груди нет, попы тоже, живот впалый. Да уж. И сколько бы не ела — ситуация не меняется.
Звенит оглушающий звонок и с обеих раздевалок вываливается наш одиннадцатый класс и строиться в зале. Обычное «равняйсь» и «смирно», ну и как же без громкого приветствия. Мало того, что нас двадцать пять человек и все орут во все горло, так ещё и этот глухой трехэтажный зал. Жесть.
— Вы же не забыли, что после разминки вас ждет зачёт по акробатике, — говорит физрук, а я вздыхаю. Ну да, забудешь тут.
Мы достаточно хорошо размялись, особое внимание уделяя спине и рукам.
— Готовы?! — задорно спрашивает физрук, и все кивают. Ну как все, я одна не кивнула. Не готова, вообще.
Ещё больше я охренела узнав, что делают они это без матов. Ну как, ребята-то сами были не против, а физрук и не настаивал. Но, смотря на их тренировки, было видно, что мат только мешает. Руки проваливаются в мягком поролоне, где ещё больше шансов упасть. Ну да, кому как.
Мальчики выебываясь сделали всё прекрасно, не к чему придраться. Сальто, фляги, ну так для хвастовства. Давая друг другу пять, и, скача по залу, как гориллы, они побежали на другую половину зала играть в баскетбол.
