Как ни странно, Винесс упорствовал:
– Бросьте! Он просто доставляет сюда сэндвичи, вот и все, понятно?
Килфойл сердито нахмурился, очевидно обиженный пренебрежительным замечанием.
– Я ведь говорил уже, – сказал он. – Помогаю на добровольных началах. Отвечаю на телефон. Навожу порядок в классах. Когда на складе скапливается много вещей, разбираю их. Поэтому я встречал Киммо то тут, то там. Я знал его.
– Ну да, как и все, – буркнул Винесс. – Кстати… Сегодня после обеда одна группа собирается на реку. Тебе не нужно заняться ими, Роб?
Он долго не сводил с Килфойла глаз, будто пытался внушить ему какую-то мысль.
– Я помогу тебе, Роб, – вызвался Марк Коннор.
– Хорошо, – сказал Килфойл. И Джеку Винессу: – Хочешь, чтобы я прямо сейчас этим занялся или что?
– Лучше, чтобы прямо сейчас.
– Ну ладно.
Килфойл собрал карты и, сопровождаемый Марком, направился к двери. В отличие от Марка и Винесса он был не в спортивной куртке, а в ветровке, и вместо логотипа «Колосса» ветровку украшал сэндвич с тонкими руками и ногами и надписью «Мистер Сэндвич».
Уход двух этих персонажей по какой-то причине произвел в поведении Джека Винесса кардинальную перемену. Как будто кто-то вдруг повернул невидимый переключатель на Джеке – или в нем: юноша в мгновение ока превратился в совсем другого человека.
– Хм… Вы извините, – сказал он Хейверс и Линли. – Иногда, когда захочу, я бываю настоящим дерьмом. Понимаете, я тоже хотел быть копом, но у меня не вышло. И легче винить в этом вас, чем посмотреть на себя и разобраться, в чем дело. – Он щелкнул пальцами и неуверенно улыбнулся. – Ну, как вам сеанс мгновенного психоанализа? Пять лет терапии – и человек здоров.
Эта перемена в Винессе сбивала с толку. В нем словно существовало две личности. И конечно, первой в голову приходила мысль, что на поведение Винесса каким-то образом влияло присутствие Килфойла и Коннора: возможно, именно ради них он изображал крутого парня. Но Линли решил пока не проявлять к этой детали излишнего внимания и снова повел разговор о Киммо Торне. Хейверс зашелестела рядом страницами блокнота в поисках чистого листа. Переродившийся Джек Винесс даже бровью не повел.
Он честно рассказал, что познакомился с Киммо в тот самый день, когда мальчик впервые прибыл в «Колосс». Ведь он, в конце концов, осуществляет функции администратора организации. Поэтому он одним из первых узнавал всех, кто приходил, уходил или оставался. Винесс подчеркнул, что он старается со всеми познакомиться и всех запомнить, поскольку считает это частью своей работы.
– Почему вы так считаете? – спросил Линли.
– Потому что – кто их знает, – несколько туманно ответил Винесс.
– Кто знает кого? – уточнила Хейверс.
– Вот их. – Винесс указал на окно, за стеклом которого виднелась стоянка и курящие подростки. – Они же приходят к нам отовсюду. С улиц, из приютов, из отдела малолетних правонарушителей, из центров реабилитации для наркоманов, из банд; они в прошлом воровали, торговали оружием, наркотиками. Нельзя же им доверять, по крайней мере пока они не доказали обратное. Поэтому я за ними поглядываю.
– То же самое касается и Киммо? – спросил Линли.
– Это касается всех, – сказал Винесс. – И тех, кто чего-то стоит, и всяких лузеров.
С этой фразы инициативу перехватила Хейверс.
– И к какой группе ты относил Киммо – ко второй? Он тебя чем-то раздражал?
– Не меня, – уклонился от прямого ответа Винесс.
– Тогда кого?
Винесс молча водил пальцем по столу.
– Если вы владеете какой-то информацией, которую нам следует знать… – начал Линли.
– Он был скользким, – решился Винесс. – Ненадежным типом. Но такое иногда случается. Здесь мы даем им шанс. Все, что требуется, – это забраться на борт. Но иногда они просто перестают приходить – даже такие, как Киммо, который должен был являться сюда по расписанию, чтобы его не забрали в колонию, – и вот это у меня не укладывается в голове. Казалось бы, он должен был обеими руками схватиться за нас, чтобы туда не загреметь. А он – не-ет, он просто перестал приходить, и все.
– Когда он в первый раз пропустил занятие? – спросил Линли.
Винесс задумался на секунду, потом из среднего ящика стола вытащил толстую тетрадь на спирали и вчитался в записи, которые покрывали с дюжину страниц. Как догадался Линли, это был журнал регистрации посещений, и когда Винесс ответил на вопрос, то оказалось, что дата последнего появления Киммо Торна в «Колоссе» всего на сорок восемь часов отличалась от даты убийства.
– Безмозглый дурак, – сказал Винесс, сдвигая журнал посещений в сторону. – Не мог понять, что для него хорошо, а что плохо. Проблема в том, что детям хочется получить все и сразу. Не всем детям, правда, только некоторым из них. Они хотят результатов, но не желают тратить время на процесс, который приведет к этим результатам. Так что я думаю, что он бросил «Колосс». Как я говорил, такое случается.
– На самом деле его убили, – сказал Линли. – Вот почему он перестал приходить.
