Сэвидж пояснил, что это был за инцидент: по его мнению, мальчишки просто не поняли друг друга. Шон взял дорогой горный велосипед у одного из соседских мальчиков, думая, что ему разрешили им попользоваться, однако владелец велосипеда думал иначе. Он сообщил в полицию о пропаже, и копы быстро обнаружили искомое у Шона. Правонарушение было первым в биографии Шона, поэтому инспектор Шона предложил уничтожить потенциальную склонность к противозаконным действиям в зародыше. Так возникла мысль о «Колоссе». Сначала Сэвидж пусть и неохотно, но поддержал ее. Из всех его приемных сыновей Шон был первым и пока единственным, кто попал на заметку полиции. И он был первым, кто пропускает занятия в школе. Предполагалось, что «Колосс» все это исправит.
– Сколько времени он посещает «Колосс»? – спросил Линли.
– Скоро уже год.
– Регулярно, без пропусков?
– Он обязан ходить регулярно, это одно из условий социальной службы, иначе… – Сэвидж поднял кружку, сделал глоток. Тщательно вытер губы салфеткой. – Шон сразу сказал, что не воровал тот велосипед, и я ему верю. В то же время я хочу уберечь его от неприятностей, в которые он непременно вляпается – как мы с вами оба понимаем, – если не будет посещать школу и не займется чем-то полезным. Его не радуют ежедневные походы в «Колосс», насколько я могу судить, но он ходит. Адаптационный курс он одолел довольно легко, а про компьютерные курсы, которые сейчас посещает, даже говорил что-то хорошее пару раз.
– Кто был руководителем в период адаптации?
– Гриффин Стронг. Социальный работник. Шону он нравился. По крайней мере, жалоб я от него не слышал.
– Когда-нибудь раньше бывали случаи, чтобы Шон не приходил ночевать, преподобный Сэвидж?
– Никогда. Несколько раз он припозднился, но в каждом случае звонил и предупреждал. Больше ничего.
– Как вы думаете, могут ли у него быть причины сбежать из дома?
Сэвидж обдумал вопрос. Он сплел пальцы вокруг кружки и покрутил ее между ладонями.
– Однажды он сумел разыскать своего отца, ничего мне не говоря… – проговорил он наконец.
– В Северном Кенсингтоне?
– Да. В какой-то автомастерской в Манро-мьюз. Это случилось несколько месяцев назад. Не знаю точно, как прошла их встреча. Он не рассказывал. Но не думаю, что результаты оправдали его надежды. Его отец давно живет своей жизнью. У него жена и дети, это мне сообщил инспектор Шона из соцслужбы. Поэтому, если Шон рассчитывал на отцовское внимание… Тут его ожидало полное разочарование. Однако вряд ли это заставило бы его сбежать от нас.
– Как зовут отца?
Сэвидж назвал его: некий Сол Оливер. Но на этом он израсходовал последнюю каплю терпения и смирения; очевидно, ни первое, ни второе не было его сильной стороной.
– Итак, суперинтендант Линли, я рассказал вам все, что знаю, – проговорил он. – Теперь я хочу, чтобы вы посвятили меня в свои планы. Что вы намерены делать? Только не говорите, что вы намерены делать через сорок восемь часов или сколько еще вы хотите, чтобы я подождал на тот случай, если Шон действительно сбежал. Он не сбежал. Он всегда звонит, когда опаздывает. Он уходит из «Колосса» и заходит сюда, сказать мне, что все в порядке и что он идет в спортзал. Там он молотит боксерскую грушу и потом идет домой.
Спортзал? Линли сделал пометку в блокноте. Какой спортзал? Где? Как часто он туда ходит? И как Шон добирается от «Света Бога» до спортзала, а оттуда – домой? Пешком? На автобусе? Есть ли у него привычка ловить машину? Или кто-то подвозит его?
Сэвидж с удивлением воззрился на полицейского, но ответил на все вопросы не пререкаясь. Шон ходит пешком, сказал он Линли. Этот спортзал расположен недалеко и от церкви, и от дома. Называется он «Сквер фор Джим».
– Есть ли там у мальчика наставник? – поинтересовался Линли. – Кто-то, кем он восхищается? Кто-то, о ком рассказывает?
Сэвидж покачал головой. Он сказал, что Шон ходит в спортзал, чтобы выплеснуть злость, – по рекомендации все того же инспектора соцслужбы. Он не мечтает стать бодибилдером, боксером или кем-то в таком духе. Во всяком случае, Сэвидж об этом не слышал.
– А что насчет друзей? – продолжал задавать вопросы Линли. – Есть ли они у Шона, и если да, то кто они?
Сэвидж не сразу ответил, но через несколько секунд признал, что у Шона Лейвери друзей, похоже, не было. Но тем не менее он всегда был хорошим, ответственным мальчиком, настаивал Сэвидж. И в одном его приемный отец не сомневается ни на йоту: Шон обязательно позвонил бы или как-то еще сообщил о том, что не придет домой.
И после этого, поскольку Сэвидж догадывался, что сотрудник Скотленд-Ярда не пришел бы с визитом вместо местного полицейского по той лишь причине, что он случайно находился в кабинете Ульрики Эллис во время телефонного звонка по поводу пропавшего мальчика, священник многозначительно произнес:
– Мне кажется, настало время, чтобы вы наконец рассказали мне, что привело вас сюда, суперинтендант Линли.
В ответ Линли спросил, нет ли у преподобного Сэвиджа фотографии Шона.
Здесь нет, ответил Сэвидж. Все фотографии хранятся у него дома.
