— Вы сказали, это пытка, так? — проговорила Алла, тщетно пытаясь отогнать от себя ужасные видения и не менее страшные мысли о том, что должен чувствовать человек, на которого оказывается подобное воздействие. — Но, насколько я понимаю, у этих женщин ни о чем не спрашивают?
— В данном случае, видимо, маньяк просто наслаждается процессом. Как и его утырки-зрители!
— Есть возможность определить личности жертв?
— Лица у них закрыты, но попытаться можно — есть ведь и другие отличительные признаки, но для этого мне необходимо знать все особенности их тел: строение пальцев рук и ног, структуру волос, маникюр, педикюр…
— А татуировки? — вдруг встрепенулась Алла.
— Татуировки? — переспросил эксперт. — Э-э, я не приглядывался, но вы, конечно же, правы: татуировки могли бы помочь их опознать.
— Я пришлю вам все, что удастся добыть у родственников, — пообещала Алла. — Попытайтесь выяснить личности этих бедных девушек… Хочется надеяться, что они еще живы!
— Жива как минимум вот эта, — ответил на это Осипов, ткнув пальцем в застывший экран монитора.
— Откуда вы знаете?!
— Трансляции прямые.
— Что, есть какое-то… расписание?
— Может, есть, но, что более вероятно, подписчики канала каждый раз получают уведомление о времени очередного показа, а также код, который позволит им получить доступ к контенту.
— Слушайте, Игорь Игнатьевич, у нашего злодея определенно имеется какое-то большое помещение: необходимо место для содержания живых жертв, а также вы сами сказали, что маньяк использует профессиональное оборудование, которое тоже требует пространства, так?
Осипов молча кивнул.
— Это определенно не квартира, — продолжила размышлять вслух Алла, — там бы услышали соседи… И не подвал частного дома — слишком мало места. Бункер — вряд ли, уж больно экзотично…
— Промзона? — предположил эксперт. — Какой-то склад или ангар?
— Спасибо, Игорь Игнатьевич, это нам очень поможет… Надеюсь!
— Одно ясно, Алла Гурьевна, — вздохнул Осипов. — Тот или те, кто этим занимается, — больные ублюдки! Их просто необходимо найти: как только чья-то больная фантазия обретает фанатов и донаты, это может стать заразным.
Алла внутренне поежилась: слова эксперта стали отражением ее собственных невеселых мыслей. Одно дело — маньяк-одиночка, охотящийся на женщин ради удовлетворения своих больных фантазий, но совсем другое — группа людей, сделавшая чужое безумие источником дохода… Это уже откровенный беспредел!
— Отлично выглядишь! — заметила Зарета.
Она разглядывала Романа, склонив голову набок, словно большая ворона. Сходство с этой птицей усиливало ее черное одеяние, впрочем, «колдунья» всегда так одевалась: это была дань как ее кавказскому происхождению, так и «профессии».
— Это я должен говорить! — возмутился молодой человек.
— Тогда почему не сказал? Но я и так знаю, что выгляжу потрясающе, — недавно сделала круговую подтяжку: наше занятие в некотором смысле сродни шоу-бизнесу, поэтому требуется соответствовать… Но давай о тебе, ладно?
— Ну давай. У меня все нормально… Даже лучше, чем ожидалось, честно говоря.
— Деталей хочу!
— Выхожу из дома, общаюсь с людьми.
— Ты молодец! — похвалила Зарета. — Выпиваешь?
— Почти нет.
— Умничка!
— Тебе спасибо, — улыбнулся он. — Твои тренинги помогают.
— Ты даже не представляешь, как мне приятно это слышать! А как твоя девушка поживает?
— Моя… девушка? — недоуменно переспросил Роман.
— Ну та, из СК… Лера, кажется?
— Она вовсе не моя девушка!
— Ну да, ну да… Так как у нее дела-то?
«Интересно, — подумал молодой ювелир, — откуда Зарета прознала о том, что они встречались». Это ее «экстрасенсорные» способности или просто женская интуиция?
— Нормально, — буркнул он. — Ведет новое дело. В больнице.
— Вот как, в больнице? — задумчиво проговорила «колдунья». — Ты это, больничками пока не увлекайся, сначала нужно довести тебя до стабильного состояния!
— С чего ты взяла…
— Да ладно, — перебила она, махнув холеной рукой с длиннющими наращенными ногтями небесно-голубого цвета с блестками, — что я, тебя не знаю, что ли? Небось решил помочь своей… Лере то есть, и поперся туда, так?
— Я не общался с пациентами, — попытался оправдаться Роман. — Кроме того, дело не в Лере: я так и так шел в больницу, потому что мой дед, он же приемный отец, являлся ее попечителем…
— Да я же тебя не осуждаю, Ромчик, я просто переживаю! — качая головой, снова прервала его Зарета. — Сам знаешь, что может случиться, если твоя нестабильная энергия войдет в контакт с отрицательной энергией тяжелобольных людей… Кстати, я тут анализировала твое состояние и пришла к выводу, что если бы нам удалось обуздать твой, гм… дар, то ты мог бы им управлять, понимаешь?
— Я… я не хочу.
Ответ Романа удивил «колдунью», и она воззрилась на него с недоумением:
— Не хочешь? То есть ты предпочитаешь, чтобы твоя энергия управляла тобой?
— Я убил человека, помнишь?[10]
— Глупости! Ты его не убивал — он сделал это сам!
— Но я…
— Его энергия вошла, если можно так выразиться, в клинч с твоей, и тебе ничего не оставалось, как защищаться! А что, надо было позволить ему тебя грохнуть?!
— Но я даже не осознавал, что делаю!
