— Найдите мою маму, пожалуйста! — едва войдя, закричала незнакомка, и Алла, не ожидавшая такого напора и громкости, даже отпрянула.
— Вашу… маму? — переспросила она.
— Она пропала!
— Видите ли, мы не занимаемся поиском…
— Да в курсе я! — перебила вновь прибывшая. — Вы, наверное, не поняли, кто я. Я Маша Тихомирова, а мою маму зовут Лидия Шахназарова!
— Вот оно что… У вас разные фамилии?
— Мама по второму мужу Шахназарова, а у меня фамилия отцовская.
— Понятно.
— Маму ведь Лоскутный Маньяк похитил, да? Он же убьет ее, как всех тех женщин…
— С чего вы взяли, что…
— По телику говорят! Мамы нет ни дома, ни на работе, и там сказали, что вы приходили туда и расспрашивали о маме… Послушайте, моя мама, конечно, не образец для подражания, но она добрая, хорошая, ей просто не везет всю жизнь, особенно с мужчинами!
Внезапно Алла поняла, что дочери Шахназаровой меньше лет, чем она первоначально предположила: видимо, ее обманул высокий рост. Теперь она заметила и обветренные руки без перчаток, и покрасневшие уши, осенние ботинки, а на улице, между прочим, минус восемь!
— Сколько тебе лет? — спросила она напрямую.
— Лет? — удивилась вопросу девушка. — Пятнадцать… А что?
— Присядь-ка, — предложила Алла. — Замерзла?
— Я… я прямо с вокзала.
— Ты же в Татьянино живешь, да? С бабушкой?
— Откуда вы?..
— Ты же понимаешь, куда пришла, да?
— Ну… да… — пробормотала Маша и опустилась на стул, не сводя взгляда с собеседницы, словно из страха, что та может исчезнуть, не предупредив.
— Хочешь чаю?
— Чая… да, если не трудно: очень холодно!
Алла зашла в закуток, который появился после недавнего ремонта: там можно вытянуть ноги на небольшом диванчике, а также сварить кофе в машине, подаренной Дедом, или вскипятить чайник. Она всегда держала его полным — требовалось только нажать на кнопку «Вкл.», и Алла тут же вернулась к незваной гостье, которая сидела на краешке стула, прямая, словно палка от швабры.
— Итак, Маша, давай поговорим о твоей маме, — сказала она.
— Ее похитил маньяк? — теребя край куртки, спросила она снова.
Выражение ее лица умоляло сказать «нет», но Алла не хотела врать, ведь она даже не уверена, что Лидия Шахназарова до сих пор жива!
— Мы пока не знаем, — честно ответила она. — Нет доказательств, что она похищена…
— Но почему тогда ее нет на работе?! — перебила девочка. — И в квартире, которую она снимает?
— Ты ведь с мамой не живешь, да? — вместо ответа уточнила Алла.
— Нет, но это только потому, что я хожу в школу, да и бабушке одной тяжело будет.
Ну да, старая история: дети склонны оправдывать родителей, даже когда те этого не заслуживают. Это, конечно же, не значит, что Лидия — плохая мать, оборвала себя Алла. Скорее всего, она так близко к сердцу воспринимает все, что связано с этой проблемой, из-за собственного горячего желания иметь ребенка. Когда жила с гражданским мужем, Алла надеялась стать матерью, но он ушел к другой, а сама она погрузилась в жесточайшую депрессию и за пару лет набрала большой вес. Ей удалось прийти в норму благодаря доктору Князеву, однако мысль о детях в последнее время не давала ей покоя. Раньше Алле казалось, что заводить ребенка без мужа неправильно, потому что у него или у нее должны быть оба родителя, полная семья. Однако теперь она изменила мнение. Ну и что, если у ее сына или дочки будет только мама? Зато этот ребенок станет самым любимым и желанным и никогда даже не почувствует отсутствия отца… Что-то она отвлеклась!
— Мама обещала, что я перееду к ней, как только окончу школу, — продолжала между тем посетительница. — Мне остался всего год до окончания девятого класса, а потом я хочу поступать в колледж в Питере. Мама обещала, что заработает достаточно денег на первый ипотечный взнос… Вы же найдете ее, да?
В глазах подростка было столько надежды, что у Аллы комок подкатил к горлу.
— Я уже сказала, что у нас нет доказательств, Маша, — скрепя сердце ответила она. — Однако, если окажется, что твоя мама и в самом деле похищена… человеком, который проходит по нашему делу, я сделаю все возможное, чтобы ее отыскать. Но ты должна понимать, что…
— …все остальные умерли, — закончила за нее девочка. — Я знаю, но маму… тело же пока не нашли, так? Значит, она жива?
— Нужно надеяться на лучшее.
— Но ее нет уже несколько дней, а я знаю, что чем больше проходит времени…
— …тем меньше вероятность обнаружения жертвы живой, — кивнула Алла. — Если вдруг окажется, что твоя мама и вправду имеет отношение к нашему делу, — а я, честно, надеюсь, что это не так, — ты можешь кое-чем помочь.
— Чем? — вскинулась девочка. — Я все сделаю, только скажите!
— У твоей мамы есть татуировка?
— Почему вы спрашиваете?
— Просто ответь, ладно?
— Была. На самом деле у нее две татушки: на ягодице и на груди. На правой.
— Ясно, — кивнула Алла, доставая блокнот и делая там пометку. — А есть еще какие-то особые приметы у твоей мамы?
— Вы… спрашиваете потому, что нашли… труп, который невозможно опознать?
Губы девочки предательски задрожали, и Алла поспешила ее успокоить:
