– А телефон? Кому понадобился его старый разбитый телефон? У него там было много разных фотографий. Кое-что он мне переслал. Не хочешь взглянуть?
– Нет! – взвизгнула она, отшатнувшись. – Еще не хватало смотреть на эту мерзость!
– Но там не то, о чем ты думаешь, Алена, – раздраженно глянул Огнев. – Мы с тобой уже достаточно пожилые люди. Довольно глупо…
– Да… И довольно глупо в таком возрасте быть объектом сексуального скандала! А если этот стервец выложил ваше видео в Сеть?! Кто-то сейчас смотрит и узнает тебя. Какая гадость… Все! Не хочу больше ни о чем знать! И удали все из телефона немедленно. Сейчас же! Или я…
Раньше бы точно прозвучало: «Или я уеду к маме!»
Но мамы уже не было. И папы тоже. Поэтому Алена, покусав губы, оставила угрозу при себе. А он, не став спорить, протянул ей свой телефон, откуда она тут же удалила все последние фотографии, даже их празднование Нового года. Ну не глупо ли?
Она не могла просто взять и уехать. Чушь собачья. Это не про Машу! У нее полный почтовый ящик квитанций. Игорь съездил и специально смотрел. Машка всегда аккуратно платила и не могла просто так взять и уехать. Она бы сначала все оплатила, а потом уже на отдых отправилась.
Не верил он в ее путешествие. Хоть убей, не верил!
Игорь с неудовольствием поглядывал в сторону гардероба, где второй день дежурила родственница Марии Яковлевны. Улыбчивая вся из себя, такая вежливая, даже рекомендации принесла в отдел кадров. Кому они нужны-то! Скажите, важная должность какая!
– А как же, Игорек? – изумленно заморгала Мария Яковлевна, когда он презрительно фыркнул по этому поводу. – Как же без рекомендаций? Мы же с чужим добром дело имеем. Это материальные ценности. Мы за все отвечаем. И за одежду, и за содержимое карманов. Мало ли, кто что может забыть.
Может! Еще как может!
У Игоря зубы сводило от желания поделиться своей тайной, но он молчал. Да и не было доверия Стасу. Тот мог запросто соврать, а он себя только дураком выставит.
Игорь без конца набирал Машин номер, но ее телефон был выключен. Он обнаглел настолько, что вчера – в выходной – даже съездил на адрес Ильинова. Спрятал машину за выступом чужого забора и просидел в ней два с половиной часа, карауля ворота его дома. Бензина заранее заправил полный бак, чтобы не окоченеть в тачке на январском морозе. Термос прихватил с крепким горячим чаем и пирожков купил в кафе у дома.
Термос наполнял тайком, чтобы мать с бабкой не засекли, иначе пристали бы с вопросами, ныть начали, отговаривать. Он бы, конечно, все равно не послушался, но настроение было бы подпорчено, сомнения поползли бы в душу ядовитыми гадами. А так он тихо из квартиры выбежал – и в отрыв.
Но ничего он там путного за два с половиной часа не заметил. Ворота открывались, закрывались. Ильинов выезжал на машине, приезжал, выходил на улицу, о чем-то говорил с охранником, даже смеялся. То есть он был на месте, у себя дома. Никуда не уехал, и все у него замечательно, настроение прекрасное.
С каким же тогда Станиславом, черт бы побрал эту Машку, она укатила отдыхать?
Не с этим, точно. Он дома, а Маши не видно. И никаких следов ее пребывания. В окне ее силуэт не мелькал, на улицу она не выходила. Игорь подкрадывался к забору, находил в нем щели и осматривал просторный двор Ильинова. Машкиных следов не было нигде. Следы садовника, расчищающего дорожки, он видел. Присутствие двух женщин, которые, по всей видимости, вели хозяйство Ильинова, обнаружил. А вот Машкино присутствие не угадывалось никак.
– Маша не звонила?
Мария Яковлевна подкралась к нему со спины и застала врасплох своим вопросом.
– Нет. – Игорь повернулся, заглянул в глаза женщины, наполненные странным смыслом, и уточнил. – А что?
– Да нет, ничего. Ей через пару дней выходить, а она не звонит, не появляется.
– Не вернулась еще. – Игорь отвернулся и сделал вид, что наблюдает за группой подростков у игровых автоматов.
– Откуда не вернулась-то, Игорек! – фыркнула за его спиной Мария Яковлевна. – Ты себя-то не обманывай.
– В смысле? – Он коротко глянул на пожилую женщину в форменном халате цвета спелой вишни.
– В том, что не вернется она, Игорек. Не жди. Сгинет, как и подруга ее.
У него сделалось тошно в желудке от ее прогнозов, и он тут же принялся их неуверенно оспаривать.
– Сосед видел ее с парнем, – немного приврал Игорь. – Если бы это был убийца, он бы прятался.
А ведь так и было! Сосед парня не видел, слышал лишь имя, которое назвала Маша. Не очень редкое мужское имя, которое могло принадлежать кому угодно. И даже быть вымышленным.
– А кто говорит об убийце! – Морщинистое лицо Марии Яковлевны испуганно вытянулось. – Я имела в виду, что она могла просто уехать куда глаза глядят. Чтобы…
– Чтобы – что? – Он вдруг понял, что почти кричит, одернул себя и тихо повторил: – Чтобы что?
– Чтобы никогда не вернуться.
– Чушь! – фыркнул Игорь и пошел к группе подростков.
Те принялись откровенно хулиганить, нарочно роняя на пол шайбы с игрового поля. Да и шумно от них было очень.
