«Понаблюдаю еще пять минут, а там будет видно», – решил я, вновь приник глазами к окулярам бинокля, с трудом, несмотря на просветленную оптику, поймал в объективы предмет наблюдения. И как раз вовремя для того, чтоб зафиксировать, как за одним из окон ярко вспыхнул маленький огонек – наверное, от спички или от зажигалки, – почти сразу потух, но ему на смену тут же пришла красная точка тлеющей сигареты.
Дальше за дачей можно было не наблюдать.
«Что, недоноски, посмолить захотелось? А как же инструкция, по которой курить на посту запрещается? А как же стремление заслужить благодарность за поимку опасного рецидивиста? А как же начальство, которое завтра обеспечит вам целый мешок звездюлей?» – злорадно подумал я и принялся убирать бинокль в футляр.
Это может показаться странным, но в тот момент я был рад тому, что действительно обнаружил на даче засаду. Ничего, вроде бы, радостного в этом и нет – возвращаться домой нельзя; я сижу в неприветливом темном лесу, где, возможно, сегодня мне предстоит ночевать; на меня по всей стране ведется охота. Но, с другой стороны, теперь я точно знаю, что на даче, и правда, засада. А ведь мог бы запросто сунуться в дом, не заметив краем глаза той коротенькой вспышки и огонька сигареты в окне в тот момент, когда любовался звездным небом и пытался на нем отыскать луну. Прикури мент на пять секунд раньше – и неизвестно, как бы все повернулось.
А теперь передо мной уже не стоял вопрос: что делать дальше? Все разрешилось само собой. Конфетка все-таки оказалась права в своих подозрениях насчет моей дачи. Хотя я, конечно, предпочел бы обратное. Но ничего не поделаешь, реальность приходится принимать такой сволочной, какой она есть. И дальше поступать по обстоятельствам – отправляться в гости к Наталье, то есть извлекать из сложившейся ситуации хоть что-нибудь положительное.
«Вот этим-то я и займусь», – подумал я и, балансируя на одной ноге среди поросших брусничником кочек, принялся переодеваться в извлеченные из рюкзака джинсы. Не идти же на свидание с правильной девушкой в жеваных слаксах! И в бомжовской ветровке! Меня же в подобном прикиде не пустят дальше крыльца. И, не признав, могут легко подстрелить из арбалета «Саксон». Который шутя пробивает кевларовый броник.
Рюкзак с биноклем «Призматик» и своим камуфляжем – зелеными слаксами, свитером и ветровкой – я, как мог, замаскировал листьями папоротника в кустах на опушке. Подумав при этом, что завтра, когда вернусь сюда продолжать слежку за дачей, найти мне его будет непросто, а вот розыскные собачки, если с ними сюда решат припереться менты, отыщут мой схрон обязательно. Но на то, чтобы элементарно выбрать для рюкзака с экипировкой более подходящее место в стороне от «поста наблюдения», у меня не осталось ни сил, ни желания.
«Будь что будет», – безвольно подумал я и поплелся с тортом и шоколадным набором под мышкой вдоль кромки поля, мечтая наткнуться на какую-нибудь тропу, что проложена через лес в направлении Наташкиной дачи. И прикидывая, сколь поздно нагряну к Наталье с визитом и успею ли, если буду сразу же выставлен за порог, на последнюю электричку, чтобы ехать в Петербург ночевать у Светланы… у Светки-Конфетки…
Вот бы она была рада! Впрочем, как знать… как знать… Никому не дано понять, что творится в темноволосой головке этой непредсказуемой амазонки.
– Денис?!! – Наташа со скрипом приоткрыла входную дверь, и темный заросший сад перед избой пересекла полоса яркого света. – Точно, Денис! Ой, и с тортиком! А я уже было подумала, что ты не придешь… Проходи, проходи. Как это классно!
Радушие, с которым меня встретили в этом доме, не казалось наигранным. И это радовало. Ведь всю дорогу сюда я донимал себя мыслями о том, что приглашение в гости, которое получил утром, было не более чем проявлением хорошего тона, дежурной возвраткой за то, что защитил девушку от распоясавшихся бакланов. Простым соблюдением приличий, совершенно не предполагающим то, что наше знакомство и правда вдруг будет продолжено и что я вечером – сама непосредственность – опять нарисуюсь на горизонте. С тортиком, черт побери! И с шоколадным набором! Вообразив себе невесть что, но, по сути, не имея на это никаких оснований!
Впрочем, кроме дежурного приглашения в гости был ведь еще и поцелуй. А уж это-то вполне могло рассматриваться мною как некий аванс.
«Об этом поразмыслю попозже, – спланировал я, стягивая с ног обрамленные наростами грязи кроссовки. – А пока не мешало бы просто присесть и немного расслабиться. Перевести дыхание. Выпить чайку. А то ведь на свежем воздухе успел нагулять аппетит».
– Где так изгваздался? – Наташа с лязгом задвинула массивный запор на двери и, небрежно облокотившись о стену, принялась внимательно наблюдать за мной. На ней был короткий домашний халатик, открывавший обозрению ободранные коленки, на которые были наклеены два кусочка белого пластыря. – Где твоя иномарка?