Время и вода сделали свое дело – тела были в ужасном состоянии, почти полностью разложившиеся скелеты, обтянутые остатками плоти и истлевшей ткани.
Но даже так было видно, что все они были одеты в одинаковую форму – темные, плотно облегающие комбинезоны из какого-то прочного материала. Рассмотреть детали было уже невозможно – ткань истлела, покрылась слизью и илом.
Причина смерти была неясна. Никаких следов ран или борьбы. Казалось, они просто… умерли на своих местах.
Может, отказала система жизнеобеспечения? Закончился кислород? Или их отравили? Или… они сами затопили судно, чтобы не попасть в чьи-то руки?
Вопросы без ответов.
Одно было ясно – здесь произошла какая-то трагедия.
Давно. Очень давно.
Мы медленно двинулись по главному коридору, наши фонари выхватывали из мрака новые детали затонувшего корабля. Дизайн был лаконичным, функциональным, но чувствовалось, что это не дешевая поделка. Материалы, оборудование – все выглядело качественным, хоть и очень старым.
Чей это корабль? Куда он шел? И что с ним случилось?
Мы добрались до центральной части субмарины, где, судя по всему, располагался грузовой отсек.
Массивная гермодверь была заперта.
– Попробуем вскрыть? – Сарра посветила на замок. Он выглядел сложным.
– Не уверен, что бур тут справится, – я покачал головой. – Поищем обходной путь. Должен же быть еще вход.
Мы обследовали переборку и нашли небольшой технический люк, ведущий, судя по схеме на стене, во вспомогательный отсек рядом с грузовым.
Этот люк поддался легче – замок проржавел, и мы смогли его выломать монтировкой.
Внутри вспомогательного отсека было тесно, но именно отсюда мы увидели его.
Грузовой отсек был огромен.
И он был забит контейнерами.
Сотни. Аккуратные ряды одинаковых пластиковых ящиков серого цвета, без какой-либо маркировки, уходили вглубь отсека, теряясь в темноте.
Все они были плотно закрыты и опечатаны.
– Что это? – прошептала Сарра.
– Груз, – ответил я, чувствуя, как сердце снова начинает биться быстрее. – Тот самый груз, который они перевозили.
Мы подплыли к ближайшему ряду контейнеров.
Они были сделаны из прочного, но легкого пластика, и заперты на механические замки. Вскрыть их здесь, под водой, без специального оборудования было можно, но это могло повредить груз.
– Нужно забрать один с собой, – решил я. – Попробуем вскрыть его на «Страннике».
Изнутри гермодверь открылась без проблем.
Мы взяли первый попавшийся контейнер и прикрепив к нему трос лебедки с нашего корабля, с трудом выволокли его через технический люк и коридоры наружу, к вскрытому нами главному шлюзу.
Перетащить его на борт «Странника» стоило нам немалых усилий.
Уже находясь на борту, мы сняли шлемы скафандров и оглядели находку.
Контейнер стоял посреди рубки – серый, безмолвный, хранящий тайну затонувшего корабля.
Замок поддался не сразу. Пришлось использовать плазменный резак, чтобы срезать петли.
Наконец, крышка откинулась.
Мы заглянули внутрь.
И замерли.
Контейнер был доверху набит… золотыми слитками.
Не очень большими, но их было много. Очень много.
Они тускло блестели в свете ламп рубки.
Золото.
На Дне золото не было самой большой ценностью.
Та же синька и арконит ценились гораздо дороже.
Золото здесь было скорее символом статуса, пережитком старого мира, не имеющим реальной практической пользы.
Но… в таком количестве…
Даже по заниженному курсу местных торговцев это было состояние. Огромное состояние.
Достаточное, чтобы расплатиться с Горасом несколько раз. Достаточное, чтобы купить новый корабль. Достаточное, чтобы забыть о деньгах на десятки лет.
Мы посмотрели на золото, потом друг на друга.
На наших лицах было одно и то же выражение – шок, недоверие и… страх.
Откуда здесь столько золота? Кому оно предназначалось? И почему корабль, перевозивший такой ценный груз, оказался на дне каньона с мертвым экипажем?
Эта находка была не просто удачей.
Она была настолько невероятной, что пугала до дрожи.
***
Шок от находки сменился лихорадочной активностью.
Золото.
Целый трюм золота.
Это был наш шанс.
Наш единственный, невероятный шанс выбраться из той ямы, в которую мы угодили.
Забыв про усталость, про боль в ноге, про страх перед затонувшим кораблем и его мертвым экипажем, мы начали работать.
Таскать тяжелые контейнеры со слитками из затопленной субмарины на борт «Странника» через узкие люки и коридоры, в громоздких скафандрах, было адским трудом.
Мы сменяли друг друга, отдыхая лишь по несколько минут, чтобы отдышаться и проверить уровень кислорода.
Снова и снова мы спускались в холодную, мутную воду, протискивались мимо застывших в вечности фигур мертвого экипажа, цепляли очередной контейнер тросом лебедки, выволакивали его наружу, затаскивали на наш корабль.
Каждый рейс был испытанием на прочность – физическую и моральную.
Казалось, этому не будет конца.
Прошли почти сутки непрерывной, изматывающей работы, прежде чем мы вытащили последний контейнер.
Грузовой отсек «Странника» был забит до отказа. Серые пластиковые ящики стояли плотными рядами, занимая все свободное пространство.
Мы посчитали их. Восемьдесят штук.
