Следом за головной парой, на удалении пяти миль, шли строем уступа главные корабли-защитники группы — шесть линкоров. Несмотря на все усилия, суперлинкор «Амаго» был ещё не готов, так что сейчас в бой шли старые, но надёжные корабли: «Нагару», «Исен», «Киуго», «Муцо», «Фусо» и «Уракава».
«Исен», «Киуго», «Муцо» и «Фусо» являлись однотипными кораблями-систершипами. Были они уже не слишком новыми (в прошлом году головному «Исену» стукнуло двадцать восемь лет), но по-прежнему весьма мощными и неплохо защищёнными. Главной их проблемой являлось устаревшее расположение артиллерии в шести двухорудийных башнях, попарно в носу, в корме и в середине корпуса. Тем не менее двенадцать 356-миллиметровых эмиттеров главного калибра — это вам не шутка, плюс к тому же линкоры-исеноиды имели неплохое бронирование — пояс от четвёртого до двенадцатого ранга, башни четырнадцатого ранга, бронированная палуба второго ранга. Вот эмиттеры вспомогательного калибра, конечно, были не так хороши — из шестнадцати 127-миллиметровых орудий только половина была снаряжена файерболами. Остальные же несли заклятие «танатос» — довольно неплохое средство против живых существ, но практически бесполезное против даже слабой брони.
Адмирал считал эмиттеры просто дорогими игрушками — что толку, что в ближнем бою эти испускатели призрачно-голубых волн начисто выкашивали экипажи корветов и прочей мелочи? Зато сколько мороки было с корректировкой их огня, да и в последнее время даже корветы начали потихоньку одеваться в броню, так что с «танатосом» было определённо пора завязывать. А ведь их ещё до сих пор ставили на новые корабли, на тот же «Цугару», что несколько часов назад нелепейшим образом погиб… Потопление тяжёлого крейсера уже в первый день войны — это серьёзная потеря, но ничего — рарденцам скоро придётся гораздо хуже…
Что же касается расположения вспомогательной артиллерии четвёрки линкоров, то установлена она была не в лучшем порядке — в палубных установках были расположены только малополезные «танатосы», а метатели огнешаров стояли исключительно в подпалубных казематах, что в принципе исключало их применение как универсального калибра, да и с зоной обстрела было плоховато.
Но даже несмотря на все недостатки, четвёрка линкоров типа «Исен» была весьма и весьма боеспособна и опасна для противника. Тем более что перед началом войны они прошли капитальный ремонт и модернизацию — была усилена подводная защита, поставлены радары и новые дальномеры, а также новомодная зенитная артиллерия — двадцать пять спаренных 37-миллиметровых эмиттеров файерболов. А скорость линкоров с новыми котло-реакторными установками «Кампон» составила 26 узлов — не слишком много, но вполне приемлемо.
Ещё два линкора, типа «Уракава», были куда более опасными зверями — относительно новые, всего по семнадцать лет, они были дальнейшим развитием кораблестроительной мысли Ниарона. На них артиллерия была расположена куда более рационально, чем на старичках-исеноидах, — по две двухорудийные башни в носу и корме, итого восемь 406-миллиметровых эмиттеров. Вновь, правда, подкачала вспомогательная артиллерия — «Уракава» и его брат оказались последними кораблями линейного флота Ниарона, получившими эмиттеры вспомогательного калибра в подпалубных казематах — традиционные шестнадцать пятидюймовок, половина файерболы, половина «танатосы». Плюс к этому вооружению корабли после модернизации получили полсотни 37-миллиметровых зениток. Бронирование оставалось тем же, что и на их предшественниках, ведь если не считать иной схемы расположения орудий главного калибра, линкоры типа «Уракава» конструктивно практически полностью повторяли исеноидов, а с навеской дополнительной брони никто возиться не стал. Перезаговаривать броневые медные листы было практически невозможно, а заменять их на новые — нереально. Дешевле было построить новый корабль, чем поменять тонкую настройку общей защитной системы. Невозможно было просто отодрать один лист и прилепить на его место другой, чужеродный объект сразу же вносил во всю защитную систему элемент неустойчивости, вплоть до полной потери медью магических свойств. Так что бронирование корабля всегда выполнялось в комплексе и один-единственный раз в его жизни — при постройке. Нет, это не означало, что кораблестроители всего мира были клиническими идиотами и по необъяснимой прихоти строили одноразовые боевые корабли, которые после первого же боя можно было благополучно списывать в утиль. Ставить аналогично заговорённые броневые листы ничто не мешало, трудности возникали при попытке установить броню более высокого ранга.
