Но Эмма, взяв гренку, не знала, что ответить она ведь даже билетов не купила.
Реджина посмотрела на растерянную Эмму.
– Малыш, а когда ты захочешь, тогда и пойдем, – ответила за Свон Реджина.
Лилит кинула взгляд на Реджину, а потом снова перевела на Эмму, – мам, давай сегодня вечером?
Свон удивленно переводила взгляд с Реджины на малышку, – да конечно, Ли, сегодня и пойдем.
Миллс непонимающе посмотрела на Лилит, – ангелочек, а в какой ты хочешь театр?
Но малышка вновь не удостоила Миллс вниманием, – тетя Мери, а ты с нами пойдешь?
Мери посмотрела на Лилит, – Ли, вы же хотели пойти втроем?
– А мы и пойдем втроем, – ответила малышка.
Реджина встала и подошла к Лилит, сев перед ней на корточки, она взяла ее маленькую ручку.
– Ли, малыш, ты все еще злишься на меня?
Лилит вырвала руку из ладони Миллс и ответила:
– Нет, я не злюсь на тебя, Реджина, – и посмотрела на Мери, – так, что, тетя Мери, ты пойдешь с мамой и со мной в театр?
– Реджина?! – тихо повторила Миллс. На глазах выступили слезы. Брюнетка встала и ничего больше не говоря, вышла из кухни. Хотелось забиться куда-то в угол и разрыдаться.
Эмма увидела, в каком состоянии Миллс покинула кухню и, у нее у самой все внутри сжалось, ей очень захотелось сейчас утешить брюнетку.
– Малыш, так нельзя, – уже Эмма подошла к Лилит и присела на карточки, – Джи тебя очень любит, а ты так ее обижаешь. Скажи мне честно, ты же не хочешь, чтобы ей было больно? – Эмма смотрела в голубенькие глазки малышки и сама видела ответ на свой вопрос, который Ли и подтвердила.
– Нет, – ответила малышка.
– Ли, зачем ты так с ней? – тихо спросила Мери, – ты можешь на нее злиться, но пожалуйста, не отталкивай.
– Это она отталкивает меня, – чуть ли не плача проговорила малышка и почувствовала, как Эмма сильнее сжимает ее ручку, – хорошо, пусть она пойдет с нами, – сказал ангелок и, спрыгнув со стула, убежала из кухни в комнату.
– Она не пойдет. Она сейчас засядет в своем кабинете и хорошо, если потом спать в свою комнату пойдет, – с грустью сказала Мери.
– Я поговорю с ней, – кинула Свон и направилась к кабинету.
Реджина зашла в свой кабинет и прислонилась спиной к двери. Из глаз катились слезы. Ей было безумно обидно и больно, что Лилит не хочет с ней разговаривать. А ее холодное «Реджина» было как лезвием по сердцу. Достав сигарету, Реджина закурила и села на диван, поджав под себя ноги.
Эмма подошла к кабинету и, постучав, заглянула внутрь.
– Реджина, можно? – спросила Свон, но, не дождавшись ответа, зашла в кабинет, в который так не хотела заходить.
Она увидела Миллс на диване.
– С этим она тебя точно не простит, – вырывая сигарету из руки и туша ее о пепельницу, сказала Свон.
– Она и так меня не простит, а с этим мне хоть немного легче, – доставая из пачки сигарету, сказала Реджина, – зачем ты пришла?
Эмма вновь вырвала сигарету из руки, а заодно убрала в карман джинс и пачку, – зашла сказать, чтобы ты собиралась. Мы идем в театр.
– Ли, не хочет, чтобы я с вами шла. Она мне это очень хорошо дала понять, – сказала Миллс, – а теперь верни мне мои сигареты и вали от сюда.
– Ли сказала, что ты можешь пойти с нами, а сигареты хрен. Малышка у нас за здоровый образ жизни, – сказала Эмма, стоя со скрещенными на груди руками.
– Свон, она назвала меня Реджиной, а это уже явно показывает, что она не хочет видеть меня рядом, – грубо сказала Реджина.
– И что ты сейчас хочешь? Чтобы я пожалела и утешила тебя? – в тон Миллс ответила Свон, – если ты думаешь, что детскую любовь можно заслужить, разжевывая сопли, то ты ошибаешься. Ли открыла тебе дверь в свое сердечко нараспашку, а когда оставила щелочку, то ты тут же в кусты. Миллс, если хочешь опять заслужить доверие малышки, то действуй.
– Как? Я прям уже на пути к ее доверию. С ее матерью напилась, потом переспала, вот ж я молодец. Свон, ты, что от меня хочешь? Ты сама хотела чтобы Ли меня оттолкнула. Радуйся! – яростно выдала Миллс.
– Идиотка! – зло выплюнула Свон, – все-таки ты конченная… – была очень зла на Миллс Эмма, за то, что она никак не поймет, что они совсем другое, сейчас важна только Ли.
Эмма отвернулась от нее и пыталась успокоиться, чтобы не наговорить лишнего.
– Что мне делать? – тихо спросила Реджина, посмотрев на напряженную спину Эммы
– Собираться в театр, а там посмотрим, – не оглядываясь на Миллс, грубо ответила Свон и вышла из кабинета.
Реджина еще минут десять просидела в своем кабинете, но взяв себя в руки, она пошла, собираться, как и сказала Свон.
Сразу после кабинета Эмма поднялась в комнату, где Лилит играла в игрушки.
Свон сразу успокоилась, увидев, как малышка ей улыбнулась и стала подготавливать, что надеть.
Приготовления заняли не больше 20 минут. Лилит надела легенькое платьице, все-таки летний Нью-Йорк довольно жаркий город, а парить малышку совсем не хотелось. Также Эмма захватила кофточку, на случай, если они задержатся до вечера.
