– Ты просто его толстая копия!
– Нет, я совсем другой. Не такой, как ваш Макото. Так поможете мне? Я знаю как минимум два отвара, полезных при болезнях почек, но достать ингредиенты и сварить в краткий срок будет сложновато.
– Помогу. Где сейчас моя дочь?
– Объясняет моей младшей сестре тонкости работы продавцом в туристическом магазине. Мой знакомый открыл такой в Кофу и сестренка напросилась там работать.
– Тика-тян хорошая девочка, – похвалила Акира с интонациями доброй старушки. Ладно хоть не добавила “жениха бы ей правильного”, как полагается говорить пожилым людям. Главное – не сказать это вслух! Более верного способа самоубийства, чем напомнить красивой, но не юной женщине о ее возрасте, не существует. – Дай Ёрико трубку.
Пришлось вернуться в “Двухвостую Кошку” и, сказав одним лишь движением губ “твоя мама”, передать свой смартфон Акирахиме-тян. Внешне та сохранила спокойствие, но во взгляде промелькнул испуг. Узнать, о чем две рыжеволосые говорили, мне было очень интересно, но подслушивать не стал. Зачем? Все звонки ведь записываются. Прослушаю потом, без риска быть пойманным.
– Что-то случилось? – спросил у меня папа. – Ваша с Мияби-сан коллега показалась мне чем-то обеспокоенной.
– Акирахиме-тян очень хорошая дочь и боится подвести матушку, а та ей почему-то не смогла дозвониться и попросила мне передать свою трубку, – объяснил я.
Разговор двух кицунэ не затянулся. Меньше, чем через минуту, я получил телефон обратно.
– Мне срочно нужно побывать дома, – объявила Ёрико. – Мияби, свозишь меня? Я буду очень-очень благодарна!
– Но… – по внешнему виду Цуцуи заметно, что ей крайне интересно побывать в гостях у подруги, но есть сомнения. – Я не имею права распоряжаться машиной.
– Поезжай, если хочешь, – протянул ей ключи. – Ты аккуратный и ответственный водитель.
– Спасибо, – расцвела Мияби. – Обещаю, все будет в порядке! Но как же вы…
– Доедем на автобусе, не в первый и не в последний раз им воспользуемся.
Позже, уже во время поездки домой общественным транспортом, я улучил минутку, чтобы вставить в уши наушники и включил запись. Любопытство – очень лисья черта моего характера.
– Привет, мам, – сказала Ёрико.
– Просила же так меня не называть, когда кто-то может услышать.
– Да ладно. Кто нас подслушает? Не записываются же у Макото-сана все разговоры в телефоне… ой…
Тишина. Запись не оборвалась, я слышал посторонние шумы, например, как просигналила машина дальше по улице, но не беседу двух кицунэ.
– Всё, договорились, я найду транспорт и скоро буду, – резко, как из ниоткуда, появился голос Ёрико. – Попрошу Мияби меня подвезти. Она классная.
– Хорошо. Жду, – на этом их разговор закончился.
Надеюсь, у Акиры хватит ума не предстать перед моей невестой в облике Минами Акеми.
Остаток дня я потратил на реализацию очередного внезапного желания. Купил в магазине художественных принадлежностей мольберт и краски, после чего написал несколько “шедевров” Цукино Тенкая. Очень уж мне интересно стало, насколько я смогу повторить стиль так называемого великого художника.
Приложил к центру полотна левую ладонь, а затем отвел по контуру красной краской, умудрившись не испачкаться. Следом обмакнул носик кисточки в зеленую и поставил в центре ладони пару ярких точек.
– Будет называться “Печать безмолвия”, – объявил я.
Присутствующая при создании картины Тика только громко фыркнула, показывая свое отношение к моему творчеству.
– Отпечаток ладони – немой свидетель присутствия, знак существования, но не более. Он остаётся безмолвным, как и тот, кто его оставил. Две зелёные точки – это глаза, наполненные смыслом, но неспособные говорить. Они могут смотреть, могут видеть, но не выражать мысли словами. "Печать безмолвия" – это отказ от слов ради самого акта присутствия. Эта картина – нерассказанная история, в которой каждая деталь ждёт своего зрителя, чтобы найти ответ…
– Я тоже так могу!
Сестра поставила в центре одну единственную жирную точку, использовав мой любимый яркий оранжевый цвет.
– Называется “Я украла твоё внимание”. Суть в том, что зритель смотрит в центр картины и не замечает деталей по краям… хм… пусть будет еще вот так, – Тика-тян добавила несколько крошечных черных точек ближе к периметру. – Пока кто-то большой находится в центре, на мелких и скромных никто не смотрит и потому им грустно. Концептуально, да? Можно мне свою выставку и мировую известность?
– Раз, два, три… восемь. И еще одна большая яркая посередине. Ты нарисовала модель солнечной системы.
– Че, реально? А, ну да, точно, нам же рассказывали на уроках про планеты. Вот я красотка, целую звездную систему создала. Будет мой научный проект для школьного фестиваля. И заодно проект по искусству.
Не знаю, как совсем не дальняя поездка в окрестности национального парка могла затянуться на весь остаток дня, но объективный факт – Мияби вернулась домой лишь к ужину. Примерно одновременно с ее возвращением Ёрико написала мне “средство у меня, отдам в понедельник”.
