Погрубевший эмоционально светловолосый подросток превратился в агрессивного, варвара, одного из тысячи, что заселяли континент и от которых они с матерью бежали. При каждом сказанном слове его жутко трясло, изо рта текла слюна, а глаза казалось, жили своей жизнью, то разгораясь, то потухая. Вся эта дикость и неуправляемость при определенных обстоятельствах пошли бы на пользу общине, враждебно настроенной против людей-оккупантов, но Брайден слишком часто пропадал в землях бледнолицых. Сначала это было не так заметно — Бернард ухаживал за женщиной, которая вот-вот должна была родить ему выводок. Случай был сложный, плоды развивались медленно и чтобы спасти хотя бы детей, мужчина выжал из девочки столько старой крови, сколько смог. Новорожденные гибли один за другим, но двоих все же удалось выкормить.
— Брайден!
В тот знаменательный день старший сын Бернарда находился в общине. Утром, придя из города, делил мясо с товарищами по охоте, в обед зашел в дом, чтобы обнюхать брата и сестер, а вечером спустился на нижний этаж, в бильярдную комнату. Немногие знали, что там происходило, так как встречающиеся действовали тихо, но найти их не составляло особенного труда, при случае необходимости. Бернарду требовалось обсудить что-то важное, касающееся собрания, которое его старший сын пропустил и мужчина буквально выломал дверь, когда спускался. При всем своем уме и осторожности в тот вечер Брайден не успел вытащить кий из прямой кишки соседского подростка.
— Отец? — растерялся.
Некоторое время в комнате стояла тишина. Все были поражены такой внезапной встречей: отец, сын, соседский подросток и девочка, сидящая в кресле, до этого внимательно наблюдавшая за удовлетворением чужой похоти. Бернард прервал их на той части, которая нравилась всем. Соседский парень, выглядевший белым пятном среди чернил из-за смешанных корней, лежал на столе с согнутыми ногами в женской короткой юбке из под которой выглядывали кружева чулков. Он так тяжело дышал, что даже не заметил, как слетела с петель входная дверь. При каждом вздохе его грудь касалась поверхности стола и это было прекрасно с того ракурса, где сидела девочка.
Лицо Бернарда пошло пятнами. Он так и не знал, что его старший сын, наследовавший титул сахгамауита, предпочитал мужчин.
— Позор! — выдохнул. — Бастард! В собственном доме!
— Успокойся, отец! — взвыл Брайден. — Скоро я вступаю в права! Где ещё мне трахаться?
Ступор Бернарда был так велик, что Брайден не сразу понял, что надо убегать. Затаив дыхание, девочка наблюдала за тем, как отец стремительно нагнал сына и сломал ему хребет о поверхность стола, точно так же разделавшись со вторым. Хруст был громким, а сила удара так велика, что одна из ножек сломалась, превращая поле игры в кровоточащий алтарь. В ноги девочки, свисающие с мягкого кресла, покатились разноцветные шары.
— Ты не хотел этого делать, так ведь? — спросила.
Шары оттолкнулись от стены за её спиной и ринулись обратно, сбивая те, что ещё скатывались со стола. Лампочка в комнате замигала, раскачиваясь из стороны в сторону, готовая рухнуть. Рот Бернарда был наполнен мясом собственного отпрыска, по подбородку стекала слюна и кровь. Он так отчаянно прижимал сына к себе, что у того рёбра выбились наружу.
— Иди же ко мне, эбидечич*… Спаси брата.
Девочка вжалась в кресло, впившись в подлокотники пальцами:
— Устыдись, старик. Ты убил старшего сына.
— Тогда ешь. Ну, же, поглоти его…, - сделав несколько шагов в сторону кресла, мужчина замер, протягивая то, что осталось от сына, — Вы же выросли вместе, неужили тебе не совестно?
Кровь с тела медленно стекала на подол её старого платья, впитываясь в ткань. Не получив ответа, мужчина издал низкий, оглушительный крик, повалился на колени и вытянул шею. Крепкие челюсти с лязгом впились в лицо некогда живого Брайдена, отделяя кожу и мясо от костей. Мужчина мотал головой из стороны в сторону, как оголодавший хищник и уже не мог остановиться, сколько бы девочка не пыталась воззвать к его разуму.
— Смотри, эбидечич, — прохрипел, давясь внутренностями сына, — ты могла его спасти…
С тех пор прошло много лет. Младшего брата Брайдена звали Стивеном. В отличии от умершего, внешне он сильно напоминал отца и как только стал сахгамауитом, община забрала его, даря редкие, но желанные встречи. Время, казалось, не было властно над его связью с девочкой старой крови, они все так же беседовали, делясь знаниями и опытом, который быстро усваивали. С годами мальчишка показывал все более благородные и неожиданные качества, не свойственные людям общины и девочка не могла отказать себе в более продолжительном пребывании рядом с ним.
— Сегодня в городе я встретил девушку. Маленькую, с длинными темными волосами, как у тебя. Она приятно пахла и сказала, что её зовут Ханна, что в переводе с иврита обозначает «божественную благодать» и «изящество». Мы съели её и кости действительно были роскошны.
Молодая девушка отложила пяльцы и сцепила руки в замок на животе. Сидящий в её ногах юноша продолжал играть с низами женских юбок:
