- Я не могу пойти на такие расходы, юноша. Просто не могу! – запричитал доктор и вывел на экран своего браскома список - Взгляни на составленный тобой перечень – имплантат сердца модели 3Н-1203, имплантат печени модели 3Z-8432! Пара почечных имплантатов 3W-4683! Имплантаты третьего уровня! Молодой человек! Пусть из самой дешевой линейки, но ты хочешь получить имплантаты с дополнительными функциями! Третий уровень – это ведь для работы и жизни в военных или приближенных к экстремальным условиях! Теперь взгляни сюда – ты захотел протез правой руки с артианитовым напылением и дополнительными активаторами мускульных усилий! Ради всего святого! Зачем тебе такие мощные имплантаты? Для нормального поддержания жизнедеятельности организма за глаза хватит первого уровня! Понизь свой аппетит, и мы обязательно договоримся!
- Не хочешь – не надо. Твое право отказаться, док – пожал плечами Нортис и нарочито медленно начал освобождаться от датчиков и присосок – Сожалею, что отнял время.
- Постой! Зачем же так торопиться?! – всполошился Люмбери – Всегда можно прийти к обоюдному согласию!
- Доктор, тебе же сказали! Не хочешь - не бери! – вмешалась Марлин – Что непонятного? Вали отсюда вместе со своим ржавым роботом!
Отлепившись от стены, девушка угрожающе шагнула к доктору заставив того отшатнуться.
- Вали! Пока я твоему роботу все лапы не повыдергивала!
Нортис спокойно наблюдал за разгорающимся скандалом – он и Марлин заранее обговорили подробности предстоящего торга. Девушка старательно отыгрывала роль туповатого телохранителя, и доктор повелся на ее игру.
- Нортис! То есть я хотел сказать – господин Нортис! Успокойте своего цербера! Зачем искать другого покупателя, если я уже здесь?! Проявите благоразумие! Я согласен на все ваши условия, но с небольшими или даже крохотными дополнениями! Это все чего я хочу! Прошу! Выслушайте! Я лишь жажду справедливого обмена!
- Постой, Марлин – юноша лениво поднял единственную руку, останавливая разошедшегося телохранителя – Что за дополнения?
- Помимо внутренних органов, у вас очень неплохая кожа, господин Вертинский – произнес Люмбери, с опаской косясь на отшагнувшую обратно к стене Марлин – Не кожа, а просто загляденье! Мечта! Молодая, здоровая и наверняка гладкая как у младенца! Не думаю, что пожертвовав парой лоскутов кожи в пользу бедного старого доктора, вы сильно огорчитесь! Такой молодой организм как у вас, господин Вертинский, даже и не заметит столь ничтожной потери…
- Пара лоскутов, не больше. Договорились – кивнул Нортис, поморщившись от фальшиво слащавого тона доктора – Что еще?
- На рынке особенно ценятся органы воспроизведения как отдельно, так и со здоровыми семенниками…
- Нет – калека решительно прервал доктора – Не продается.
- Но позвольте, молодой человек – это неплохие деньги! Очень неплохие деньги! И заметьте – потеря столь незначительной части организма никак не отражается на его жизнедеятельности!
- Я сказал – нет. Я до сих пор расту и меняюсь каждый день! Не хочу превращаться в миролюбивого кастрата с писком вместо голоса. Думаешь, я не знаю, чем грозит потеря тестостерона и прочих гормонов?
- Есть искусственные заменители! Я дам необходимые таблеточки для поддержания гормонального баланса – услужливо предложил Люмбери.
- Нет. Ответ окончателен. Что еще интересует в моем теле?
- Скажем так, молодой человек – замялся Люмбери – У меня есть приятель с десятого сектора… очень хорошо обеспеченный приятель. Из-за некоторых обстоятельств ему срочно необходимы глаза. На крайний случай хотя бы один хорошо видящий глазик…
- С «чистой» сетчаткой – язвительно продолжил Нортис – Доктор, это федеральное преступление. За такое сразу отправляют на добычу урана или на работы в открытом космосе, и каждая смена будет длиться четырнадцать часов. Одно дело нелегальная продажа органов и совсем другое – пересадка глазных яблок для обхода полицейских сканеров. Я прав?
- Ну откуда я могу знать, юноша? – развел руками доктор – Ведь я не спрашиваю тебя, почему ты продаешь собственные органы? В моем бизнесе не принято задавать много вопросов.
- Ну а меня это интересует по одной простой причине – моя сетчатка еще ни разу не попадала в полицейские базы данных. Во всяком случае, в качестве преступника. Я чист перед законом и это автоматически повышает стоимость моего глаза в несколько раз. Не так ли, доктор Люмбери?
Нортис не ждал слов доктора – он уже знал ответ и был готов продать глаз – вопрос лишь в цене. Отдавать за бесценок абсолютно здоровый глаз с не засвеченной сетчаткой не хотелось. Пересадка «чистых» глаз была единственным способом обойти натыканные повсюду полицейские и муниципальные сканеры. Свободным от сканеров был только внешний сектор – здесь они имелись в редких местах, например, у шлюза перехода в одиннадцатый сектор.
- Возможно – ушел от прямого ответа доктор и, заискивающе улыбаясь, добавил – С вами приятно иметь дело. Думаю, мы обязательно договоримся. Так что насчет глазного яблока? Продадите старому доктору этот очаровательный карий глазик?
