- Вам виднее – фыркнул Люмбери – Для меня это бизнес и не более того. Если завтра он придет в себя, начнем приживлять протез. Никогда не понимал этих русских – он мог просто продать мне органы с заменой на имплантаты гражданской категории, а остаток взять деньгами. Оставшейся суммы с лихвой хватило бы на получение образования для офисной работы как минимум второй категории. Не знаешь, зачем ему понадобились артианитовые имплантаты третьей категории? Ведь по сути, он затеял перестановку мебели в своих внутренностях только из-за них и их дополнительных функций.
- Как ты сам сказал – для тебя это лишь бизнес – отрезала Марлин – Не суй нос в дела моего нанимателя.
Доктор давно уже удалился, а Марлин все так же задумчиво стояла у койки Нортиса и вглядывалась в его бледно лицо с гротескно выглядящей нашлепкой глазного имплантата.
- Ты проснешься, Нортис – тихо прошептала она – Я это знаю.
12.
Нортис очнулся. Хотя в данном случае уместней сказать – включился. Это выражение гораздо больше подходило к человеку, жизнь которого поддерживали многочисленные имплантаты. Стоило умным процессорам зафиксировать, усиление мозговой активности, и глазной имплантат перешел в активный режим, исправно показал пластиковый потолок в грязных разводах. Роторные помпы искусственного сердечного клапана с легким шелестом закрутились быстрее, ускоряя ток крови по венам, легочный имплантат принял в себя глубокий вдох и запустил процесс отделения кислорода. Да… Гораздо уместней сказать, что Нортис именно включился. Перешел из режима «СтэндБай» в состояние активной работы…
Отныне остаток его жизни будет проходить под тихий шелест помп, стрекот нагнетателей и легкое повизгивание сервоприводов неотлаженных имплантатов.
Зафиксировав пробуждение пациента, КиберМед издал мелодичный гудок, извещая об этом событии хозяина. Люмбери не заставил себя ждать, и вскоре его лисье лицо нависло над Нортисом. За спиной доктора виднелась фигурка Марлин, и Вертинский, опустив несуществующие веки, дал ей понять, что все в порядке, с запозданием вспомнив, что теперь он лишен этой возможности выражения эмоций. У него не было глаз, равно как и век. Они хирургически удалены.
- Добро пожаловать в мир реальности, молодой человек – обрадовано заявил доктор - Должен сказать, что вы изрядно меня напугали – два дня в коме это не шутка. Бедный доктор уже начал подозревать самое худшее.
- Пить… - вытолкнул из себя Нортис и удивленно прислушался к тому, как прозвучало это слово – голос воспринимался чужим, словно принадлежал другому человеку. Более хриплый и жесткий, и Нортис был уверен, что дело не в пересохшем горле. Воздух поднимался по гортани неровными рывками и отдавал привкусом пластика.
- Пить? О! Ну конечно! – засуетился врач - Прости, что не догадался сразу – от радости добрый доктор совсем ум потерял. Вот, ухвати губами трубку. Вот так, осторожненько… не торопись…
Сделав несколько глотков прохладной воды, Нортис почувствовал себя лучше – исчезла наждачная сухость во рту, постившийся целую неделю желудок с довольным урчанием принял порцию воды, накатывающая тошнота отступила.
- Как себя чувствуешь? – спросил Люмбери, убирая тубу с водой от губ юноши – Чувство удушья? Боли в груди?
- Нет – покачал головой калека – Я в порядке. Доктор, а что это вы так суетитесь?
- Жизнь пациента всегда важна для меня – начал было доктор, но заметив дернувшееся лицо Нортиса, смешался и после неловкой паузы продолжил уже совсем другим тоном – Пришлось изъять у тебя оба легких. Легочный имплантат вошел в диссонанс с правым легким и тебе грозила смерть. У меня не было выбора.
- Диссонанс? – переспросил Вертинский, переводя взгляд на свою изменившую форму грудь – Что значит - диссонанс? Ведь это не отторжение искусственного органо-заменителя?
- Скажем так – когда твое настоящее легкое делало вдох, имплантат производил выдох. Сам понимаешь, при таком диссонансе о нормальном дыхании можно забыть. Поэтому я изъял правое легкое и прежний имплантат и заменил их более мощным сдвоенным устройством. Великолепный образчик микро-технологий!
- Модель? – выплюнул Нортис короткий вопрос. Благодарить за спасение жизни он не собирался. Скорей всего доктор все же не смог удержаться и решил захапать и второе легкое, придумав для этого благовидный предлог. Попробуй теперь докажи обратное.
- Третья. Артианитовое покрытие, пятимесячный ресурс работы, предусмотрена фильтрация токсичных веществ средней опасности – заученно оттарабанил Люмбери и выжидающе уставился на Нортиса.
- Это не было предусмотрено нашей сделкой – решительно произнес Вертинский – За изъятое легкое тебе придется доплатить.
- Согласен – быстро ответил тот, блеснув глазами – Стандартная цена. Вся сумма уже переведена на твой счет. Все как полагается. Добрый доктор всегда выполняет свои обязательства с честью и тщатель…
- Я понял – прервал Нортис хитроумного доктора – Помимо денег скинешь мне на браском техническую спецификацию этого имплантата и коды допуска.
