Нортис молча кивнул и доктор Люмбери покинул отсек ЖилМода в сопровождении КиберМеда. У Люмбери появилось несколько неотложных дел – извлеченные органы не могли вечно находиться в сберегающих контейнерах, и следовало незамедлительно трансплантировать их в тела богатых клиентов, с которыми он уже успел обговорить все детали. К глубокому сожалению доктора одного клиента ему придется разочаровать – мальчишка не согласился продать органы воспроизведения – а тот старый чиновник был готов выложить за них кругленькую сумму.
Сокрушенно вздохнув, доктор, не останавливаясь, прошел мимо регистрационной стойки с возвышающимся словно оплывшая гора Рамиресом и прямиком направился к станции монорельса ведущего к шлюзовым воротам сектора. Большинство его клиентов проживали не в двенадцатом секторе, ему предстоял долгий путь. Впрочем, Люмбери согревал себя мыслями о тех трехстах процентов прибыли, которые он поимеет с купленных задешево органов. Глупый мальчишка не знал, что чистые и здоровые органы огромная редкость в загнивающем Астероид Сити. Огромная редкость…
Дождавшись, когда протез окончательно затихнет, Нортис закинул в рот несколько разноцветных таблеток, запил глотком теплой противной воды и погрузился в неровный сон, давая искромсанному организму хоть немного залечить повреждения. Больше всего калека опасался за прочность соединений артерий и вен с искусственными органами – в случае разрыва такого соединения он попросту истечет кровью за считанные мгновения. Именно поэтому он решил пожертвовать еще одним днем на восстановление. В любом случае у него достаточно времени – он ждал десять лет, что ему несколько лишних дней?...
Ничего не понимающий Нортис помчался на испуганный голос матери, продолжая с недоумением и растущим страхом вслушиваться в гогот неизвестных чужаков. Игра в разведчиков была забыта. Нортис еще не знал, что это был последний раз, когда он играл подобно остальным детям его возраста. Когда мальчишка, обдирая ладони, выбрался из-под лотков с водорослями, ему бросился в глаза упавший на колени отец прижимающий руки к животу, и мать вырывающаяся из рук какого-то мужчины.
- Ржавый! Как думаешь, что у нее под этим комбезом?! Спорим, что такая телка не носит трусиков? Ну-ка дерни за липучку. Помнишь ту древнюю песню из архива старых хитов? Дерни за липучку, получишь результат – фальшивя, пропел нескладный парень отличающийся гнилыми зубами и нечесаной гривой черных волос – Ну же! Дергай давай!
- Господи! Что же вы делаете! – вскрикнула старшая Вертинская, извиваясь в руках молодого парня – Алексей!
Услышав отчаянный призыв, Алексей Вертинский сумел встать и сделать шаг к жене. Торопившийся к родителям Нортис невольно замер на месте и во все глаза уставился на отца – такого выражения на его обычно добродушном лице мальчишка не видел никогда. Опущенные плечи, выставленные перед собой напружиненные руки и самое главное – тяжелый свирепый взгляд исподлобья – Алексей уже понял, что словами малолетних беспредельщиков не образумишь.
Еще шаг вперед и удерживающий Елену подонок покатился по полу прикрывая лицо и истошно воя – прямой тяжелый удар Алексея расплющил ему нос как гнилой фрукт. Нападающие ошеломленно застыли на месте – никто не ожидал от «ботаника» таких решительных и стремительных действий. Нортис подбежал к родителям и остановился рядом с тяжело дышащим отцом.
