Прочитав стандартизированное выражение благодарности, Нортис фыркнул и безжалостно удалил оба сообщения. В браскоме спама более чем достаточно, все руки не дойдут до капитальной чистки харда. Калека углубился в дебри должностных инструкций и в разделе пояснений обнаружил искомое – тот самый непонятный пункт: животного происхождения 2\условно зеленый уровень\в рамках допустимого присутствия. Как он и предполагал, это оказалось обозначение для человечины и ее допустимого процентного присутствия в крысином или ином мясе.
Все правильно. Крысы в двенадцатом секторе существовали в роли естественных падальщиков и нередко обгрызали трупы или тела заснувших в опасных коридорах бродяг. Судя по всему, пойманные калекой крысы довольно недавно позавтракали каким-нибудь наркоманом, что забрел в заброшенные коллекторы. Мир его пожранной плоти. Теперь понятно, почему профессия дератизатора не пользуется успехом у населения. Мутировавшие и резко увеличившиеся в массе грызуны опасны для самого охотника.
Про неорганическое вещество Нортис не стал читать. И так понятно – либо крысы погрызли пластиковую обмотку кабелей, либо еще что нашли. Их желудки готовы переварить что угодно.
Проверив индикаторы заряда платформы и уже ставшей родной акэдэушки, Нортис удовлетворенно кивнул и вновь двинулся к канализационным коллекторам. Энергии более чем достаточно чтобы предпринять еще одну ходку за крысами. Ему срочно нужны деньги, чтобы подготовиться к поимке «Игольщика», адрес которого он еще вчера выудил из городской сети.
28.
Следующие три дня Нортис работал не покладая рук и всех четырех гусеничных траков, что они делили с АКДУ на пару. За крыс платили гроши, существенная масса каждого груза приходилось на содержимое желудков набитых всякой неудобоваримой гадостью, которую компьютер по понятным причинам не оплачивал. Парализующая отрава не бесплатна и стоимость наполнения одного баллона тридцать семь кредитов с копейками. Подзарядка аккумуляторов платформы и акэдэушки тоже обходилась в копеечку – бесплатно только в ЖилМоде, но туда не наездишься. Приходилось использовать платные энергоразъемы – из тех, что еще оставались целы.
Одна радость – несмотря на постоянные рейды в глухие коридоры и тупики, крыс меньше не становилось. Освободившееся место мгновенно заполнялось следующей крысиной стаей, не менее голодной и жадной до приманки. С каждым днем калека все больше узнавал о повадках на редкость смышленых грызунов и даже начинал уважать их ум, стойкость, ярость и бесстрашие. Не будь они настолько оголодавшими, крысиная охота закончилась бы ничем. Именно голод толкал грызунов в смертельную ловушку, заставлял их с яростным писком бросаться на раскрошенный паек. И вот ведь странность – после первого случая Нортису больше не попадалось столь большой крысы как та, что он нашел в коридоре. Хотя он не раз замечал силуэты крыс гигантов, мечущихся за пределами расползающегося облака газа и посверкивающих крохотными глазками. В отличие от более мелких собратьев они не бросались на приманку, а выжидали поодаль, внимательно наблюдая за гибнущими родичами и злобно посматривая на их убийцу.
Нортис уезжал из ЖилМода ранним утром, а возвращался далеко за полночь, перепачканный в пыли и крысиной крови. Сидящий за стойкой регистрации толстый Рамирес удивленно провожал постояльца взглядом, но ничего не говорил и лишь задумчиво покачивал шарообразной головой. А затем отправлял в хозяйственное помещение несколько бутылок с водой и коробку с пайком – Нортис окончательно покинул свой крохотный номер и перебрался в кладовку, где гораздо больше места. АКДУ просто не мог поместиться в стандартном отсеке-пенале, а оставлять его в коридоре калека не собирался. К тому же ему требовалось много свободного места, чтобы подготовиться к выполнению задумки.
