— Привет, Маркус, — она прошла в гостиную, поправив подол домашнего платья белого цвета, вышитого красными цветами. Волосы были отведены от лица косами. В руках она держала книгу по магии крови. — Я не вовремя?
— Нет, это Маркус заявился как всегда без предупреждения. Заходи, садись. Где будем ужинать?
Я поднялся со своего места. Подал руку Мелинде и подвёл её к креслу. Она казалась неуверенной. Может, нервничала перед серьёзным разговором?
— Можно, здесь, — пожала она плечами, прижав к груди записи.
— Выпьешь?
— Отец мне не разрешал, — призналась она.
— Есть лёгкое вино. Голубое, из Меориса.
Прищурился в ответ на понимающую улыбку друга, который всё это время молча наблюдал за нами.
— Останешься на ужин, Маркус? — произнёс с намёком, а сам направился к шкафу с напитками, чтобы налить вина Мелинде.
— Нет, я уже ухожу. Карделия в последнее время нервная и злая, — отложив стакан на журнальный столик, он хлопнул ладонями по коленям и резво поднялся. — Хорошего вечера, — ухмыльнулся, взмахом руки открывая перед собой портал, в котором тут же скрылся.
— Наверное, Маркус слишком много шутит, вот Карделия на него и рычит, — беззлобно проворчал я.
Направился обратно к Мелинде. Она задумчиво смотрела перед собой, покусывая губы. Передал ей вино, а сам занял своё место, продолжая присматриваться к собеседнице. Наверное, она переживала после нападения. Меня и самого не на шутку встревожило покушение, как и назначенное после него задание. На первый взгляд ничего особенного, но никто не знал, чем оно в итоге обернётся: спасением или ловушкой.
— Она мне призналась, что… В общем, кажется, она беременна.
— Правда? — мотнул головой, пригубив бренди из бокала.
Если это правда, Маркус будет на седьмом небе от счастья. В принципе, как и сама Карделия. Они уже не раз заговаривали о детях. Но не спешили, ведь времена сейчас сложные.
— Она не была у лекаря.
Мелинда осторожно отпила маленький глоток вина. Зажмурилась, довольно промычав и облизнув губы.
— Так вкусно.
— Я рад.
— Я принесла тебе, — Мелинда протянула мне записи по магии крови.
То, что она решилась отдать записи радовало и о многом говорило. Кажется, она, наконец, начинала мне доверять. И я собирался сделать всё возможное, чтобы укрепить её веру.
— Давай их сразу уничтожим? Они нам ни к чему.
— Хорошо.
Она подбросила записи, мгновенно создавая плетение, чтобы окружить книгу барьером, внутри которого те вспыхнули ярким пламенем. Прах она подхватила ветром и направила в сторону камина. Воздушная стихия давалась ей сложнее, но она справлялась.
— Как ты? Выглядишь бледной.
— Наверное, — она нервно улыбнулась, проведя ладонью по волосам. — Я ещё толком не пришла в себя после… всего этого. Смерти отца, тюрьмы, Вайлета, ритуала, — усмехнулась, поведя плечом. — А тут новое потрясение. Вдруг пытались убить не нас, а Карделию? Если она действительно беременна… — судорожно вздохнула, прикрыв глаза ладонью.
— Мы рассматривали такой вариант. Защитой Карделии займётся Маркус. Постарайся сосредоточиться на себе.
Мы потянулись друг к другу одновременно. Взгляд прикипел к нашим переплетённым ладоням. Странно, но стало намного спокойнее. Мы были знакомы с Мелиндой всего пару дней, а ощущение, что она всегда была рядом, жила в соседней комнате. Наверное, это эффект формирующейся связи, но с ней я ощущал уют и умиротворение.
— Ты чувствуешь это, Ривер? Связь, — Мелинда убрала руку от лица, пытливо заглянув в мои глаза.
— Чувствую. Ещё со вчерашнего дня.
— И я со вчерашнего, — облегченно вздохнула она, а на алых губах заиграла мягкая улыбка. — А ты как? — осторожно спросила, кажется, неуверенная в том, что стоит касаться личной темы.
— Паршиво, — честно признался я.
Обсуждать разговор с Эдит, снова возвращаться в него мыслями не было желания. Но поделиться стоило. Хотя бы для того, чтобы Мелинда не решила, что я виню её, и сама не чувствовала вины.
— Оказалось, они встречаются почти год. Эдит никогда не верила, что у нас будет будущее. Заботилась об устройстве своей жизни.
Отвёл взгляд в сторону, вновь воспроизводя в мыслях черты её лица, искажённые злобой и досадой. Дэниэль тоже порвал с ней любые отношения. Так что за день все её возможные планы на жизнь были перечёркнуты.
— Даже подумать не мог, что она будет встречаться с кем-то на стороне. Эдит одна из немногих друзей, что остались рядом. Она каждый день писала мне письма, когда нас держали под арестом после запечатывания разлома. Поддерживала мою мать, помогала ей с делами поместья. В академии они изменилась, стала злее из-за нападок боевиков. С парой из них я даже сам разговаривал.
— Артефакторов часто гнобят, — пробормотала Мелинда. — Особенно боевики.
— Наверное, я видел в Эдит только хорошее, — заглянул в полные беспокойства синие глаза. — Я благодарен этому контракту и встрече с тобой. Это помогло узнать правду.
Произнести эти слова легко. А по-настоящему смириться с исчезновением из жизни человека, с которым было связано столько хорошего, сложно. Но наши пути когда-нибудь разошлись бы. Даже скорее, мы уже давно идём разными дорогами.
