Без причин (СИ) полностью

Он отключился, расслабленно укладываясь на диван и закрывая глаза. Ему было иррационально хорошо, спокойно и уютно, и хотелось, как можно дольше продлить эти давно забытые ощущения.

***

Только вот больше поговорить со Златой мужчина так и не смог. Ни через день, ни через два, ни через неделю. Телефон не отвечал, а страница в социальных сетях была удалена.

Девчонка как будто исчезла и осталась только в его воспоминаниях.

Возвращаться домой после лечения было невыносимо тяжело. Настолько, что фактически каждый шаг давался девушке с огромным трудом, представляясь падением в пропасть. Таким же вынужденным и таким же отчаянным.

И хотя Злата знала, что рано или поздно ей пришлось бы вернуться домой, в моменте она оказалась до дрожи в коленках к этому не готова. Совсем неудивительно. Привыкший к ласковому солнцу всегда поразительно быстро замерзает на севере.

Впрочем, родители так радовались её возвращению, что даже взяли отгулы на работе, чтобы провести время с дочерью. Такая забота должна была бы тронуть, но Злата уже давно не страдала наивностью и прекрасно понимала: это лишь попытка подсластить пилюлю.

Ожидаемый гром разразился за ужином, когда они сидели за семейным столом, стараясь поддерживать обстановку семейного вечера.

Родители шутили, не забывая многозначительно смотреть друг на друга и делать какие-то только им понятные знаки. Жаль только, что в этой конспирации не было смысла, потому что Злата уже давно вела свой личный обратный отсчёт.

Пять. Четыре. Три. Два. Один.

— Мы очень за тебя испугались, — торопливо начала мама и сильнее сжала вилку в ладони, как бы ища точку опоры. — И… ты можешь злиться, не соглашаться с нами, но все принятые меры необходимы для твоей безопасности. Ты переходишь на домашнее обучение, с университетом мы вопрос решили.

Злата тоскливо улыбнулась, стараясь не заплакать. Она знала, что всё будет именно так, но до последнего надеялась на чудо, которого в очередной раз не случилось. Кажется, давно было пора перестать в него верить.

— Мам, то, что произошло… было случайностью и не повторится, не нужно домашнего обучения, я в состоянии…

Договорить девушка не успела: мать выразительно стукнула кулаком по столу, прерывая её на полуслове. Лицо женщины поразительно покраснело, а глаза тут же наполнились ещё более воинствующим настроением. Злата видела, как сильно трясёт мать, и понимала, что у него просто нет ни единого шанса её отговорить.

— Ты о нас с отцом подумала? Что будет с нами, если с тобой что-то случится? — Женщина встала, оперлась руками о стол и подалась вперёд, возвышаясь над потерявшей даже надежду Златой. — Мы уже хоронили одного ребёнка, ты хочешь заставить нас снова через это пройти?

— Нет, — девушка зажмурилась, сжалась, пытаясь подобрать нужные слова, но после последней брошенной матерью фразы всё казалось неуместным и лишним. Хотелось и смеяться, и плакать, и кричать. Она покосилась на отца, но тот смотрел на неё ровно таким же осуждающим взглядом. — Но запирать меня дома не выход, даже тут может что-то произойти.

— Хватит переводить стрелки! Дома ты под ежечасной охраной и нам с папой так намного спокойнее. Не нужно драматизировать, ты ведь уже была на домашнем обучении. В этом нет ничего…

— Я девять лет училась так и не хочу больше! — Крик, бессмысленный, но такой искренний. Как и уставшие глаза с застывшими в них слезами. — Мама, я не могу! Я не хочу жить в клетке. Я хочу жить, как нормальный человек: в конце концов, жить, радоваться, учиться! Со мной больше ничего не случится, не нужно постоянно переживать и генерировать негативные сценарии!

— Мы отпустили тебя, и что произошло? Еле откачали, и я не собираюсь больше ничего слушать! — Мать смотрела на Злату как на врага и не желала ничего слушать. Её трясло, тело ходило ходуном, а лицо всё продолжало затягиваться багровыми пятнами. — Иди к себе. Когда успокоишься, поймёшь, что мы правы! До этого времени я не собираюсь с тобой разговаривать.

Злата горько усмехнулась и, глотая обиду, в ту же секунду встала изо стола, правда, напоследок не забыла посмотреть на своих родителей. Однако, на удивление, в этом взгляде больше не было ни злости, ни обиды только бесконечная усталость и разочарование.

Не хотелось больше ничего, но, как оказалось, это было лишь начало её очередного личного витка ада.

***

Дни до первого звонка Павла Аркадьевича потянулись бесконечной серой чередой: тупо и бессмысленно. Настолько, что оставляя свой номер на странице социальной сети, Злата ни на что всерьёз не рассчитывала. Огонёк веры в ней просто затух и не желал разгораться вновь.