Без причин (СИ) полностью

Впрочем, после её поступка надежды на то, что мужчина забудет об обиде и сделает первый шаг, фактически не было. С другой стороны, поступить иначе она просто не могла, ведь радость после их близости в тот вечер была совсем недолгой, а слова навязчивой медсестры оказались слишком доходчивыми.

В ту ночь она пришла к ней в палату и нагло потребовала оставить Павла Аркадьевича в покое. Естественно Злата рассмеялась, однако, когда Лена показала их совместное с мужчиной фото в ординаторской, ей резко стало не до смеха. Сдержаться и не выдать своего страха тогда оказалось невыносимо тяжело.

— Ты хочешь, чтобы я уехала из больницы? — холодно спросила Злата, скрестив руки на груди. — Допустим. Правда, тебе это в попытках его очаровать несильно поможет.

— До твоего появления здесь у нас всё было хорошо, мы собирались поженится, так что как только ты свалишь, всё действительно наладиться, — не без злорадства заметила Лена.

На эту реплику Злата только закатила глаза.

— Не неси чушь. Павел Аркадьевич и свадьба, я скорее поверю, что завтра конец света, — иронично заметила девушка, мысленно призывая все свои силы. Держаться так нахально, когда внутри бешено колотилось сердце, стоило ей больших трудов. Страх и переживания за полюбившего врача потихоньку начинали сводить с ума. — Фотки, правда, сделала хорошие, тут не спорю. Хотя в них не было необходимости, я всё равно завтра собиралась сваливать. Зря трудилась.

— Думаешь, я поверю в этот бред? — Медсестра насупилась, но во взгляде всё-таки проступило сомнение. — Ты как клещ к нему прицепилась, но ничего я отцеплю. Если не свалишь, покажу это твоим предкам, и плохо резко станет всем.

— Топорно и глупо, потому что, если бы ты любила его так, как кричишь, то никогда бы не смогла причинить ему вред, несмотря на все его прегрешения, — Злата склонила голову набок и внимательно посмотрела в глаза Лены, отчаянно пытаясь что-то в них увидеть. — В тебе же только желание обладать не более того. Его ты не стоишь.

Выдержать этот диалог тогда оказалось непросто. Однако дать понять Лене, что в её руках находится настоящий рычаг власти было равносильно самоубийству. Злата смогла сделать равнодушный вид и убедить её в нелепости собственных угроз, но уехать, несмотря на это, всё-таки пришлось.

Рисковать Павлом Аркадьевичем девушка бы ни за что ни стала. Ведь в отличие от Лены она, действительно, им дорожила.

А он, кажется, почувствовал это и сделал первый шаг, позволяя ей увидеть немного больше, чем другим. Наверное, потому что тоже чувствовал их какое-то нереальное притяжение на духовном уровне. Такое, что постепенно даже их телефонные разговоры превратились в необходимость. Его голос и внимание позволяли окончательно не сойти с ума.

От родителей получить это было нереально, а вот Павел Аркадьевич давал ей всё это в таком количестве, что становилось страшно. Она любила слушать его, садится на подоконник и смотреть в окно. В такие моменты ей становилось по-настоящему тепло и больше ничего не хотелось.

Однако и это в тюрьме оказалось неслыханной роскошью. Злата поняла это, как только увидела, что её телефона в комнате больше нет, а на полках появились лишь новые фотографии сестры в рамках.

Они и так всегда украшали её комнату, только вот сейчас их стало ещё больше. Из каждого угла комнаты на неё смотрела улыбающаяся девушка, которую она не смогла спасти. Красивая, счастливая, та, что заслужила жить в отличие от неё.