До дома Паши их всё-таки подвёз водитель Милены, чтобы не привлекать лишнего внимания. Прятали её перед этим, правда, не хуже кинозвезды: надели какой-то восточный платок и из рук в рук передали доверенному человеку, через некоторое время занял место рядом с ней и врач.
Конечно, умом Злата понимала, что подобное поведение сейчас можно вполне счесть легкомысленным, однако, если честно, девушке до этого не было никакого дела. Почему-то все разумные доводы уже давно таяли в её голове стоило Паше появиться в зоне видимости. Желание быть с ним начинало затмевать разум и немного превращало её в дурочку.
Впрочем, вопреки киношным представлениям и бульварным романам, Паша не набросился на неё в прихожей, не прижал к стене и не начал шептать вызывающие пошлости. Напротив, он просто спокойно вошёл в прихожую, помог ей снять лёгкую курточку и сразу показал, как пройти в гостиную, при этом позволяя осмотреться.
Руководствуюсь любопытством, девушка всё-таки прошлась и осмотрелась. Впрочем, рассматривать-то было и нечего. Однокомнатная квартира Паши оказалась совсем небольшой, серой и почти пустой. Из мебели там был только небольшой шкафчик, тумбочка и диван. Интересно, что сама квартира и её интерьер абсолютно ничего не говорили о хозяине.
—
— В сравнении с дочерями олигархов живу вообще за чертой бедности, — отмахнулся Паша, пожав плечами, не забыв в привычной равнодушной манере добавить. — Платок свой конспирационный сними.
Злата закатила глаза и потянулась руками назад, чтобы развязать узелок сзади, но с первого раза не получилось. Девушка прикусила губу, попытавшись проделать этот финт ещё раз, но неожиданно, сжалившийся над мужчина, подошёл ближе.
— Тише, не дёргай так, с моторикой рук вообще беда, что ли? — И хотя его голос звучал, как всегда, грубо и насмешливо, Злата успела почувствовать, как заботливо он развязывает узелок и стягивает платок с её волос, позволяя им в беспорядке рассыпаться по плечам. — Вот и всё.
Однако, несмотря на высказанные слова, Паша замер, всё ещё не отводя от неё своих карих глаз. Мужские пальцы продолжали касаться мягких и немного спутанных локонов. И вдруг открытые, бесхитростные взгляды двух людей как-то неожиданно иначе остановились друг на друге, знаменуя
И почему-то ровно в этот момент… им обоим больше ничего было не надо.
Злата опустила глаза первой, чувствуя, что ещё немного, и её сердце, действительно, без преувеличения остановится от накала чувств и эмоций сегодняшнего дня.
— Голодная? — спустя какое-то время спросил Паша, тоже удивительно медленно для себя выходя из привычного наваждения. — Можем заказать что-нибудь.
Злата покачала головой и нежно улыбнулась, а потом вдруг неожиданно вспомнила кое-что и торопливо добавила:
— У менять есть… пастила, будешь?
— Давай, — согласился Паша, совершенно не ощущая голода. Такой был переход от разгорячённого состояния в чужом кабинете до пассивно-расслабленного сейчас настораживал даже его самого, уже повидавшего многое.
Девушка кивнула, аккуратно доставая из оставленного недалеко пакета красивую коробку. Открывать её всё же было немного жалко, но Злата решилась. Запечатлела в памяти симпатичный вид очередного Пашиного подарка, осторожна вынула пастилу и как-то немного боязливо поднесла к губам мужчины. Он усмехнулся, но приоткрыл рот, откусывая кусочек. Особого восторга на лице врача, конечно, не появилось, но то, что он не отстранился уже дорогого стоило.
— Вот, будешь также тухнуть на своих операциях, сама буду приходить под двери больницы и караулить, — проворчала Злата, тоже откусывая кусочек. Глаза от удовольствия прикрылись сами собой — нереально вкусно. Сладко, но в тоже время совсем непритерно. — Кстати, мне же нельзя сладкое…. товарищ доктор?
Невольно вспомнилось, как в начале знакомства Паша отчитал её за шоколадку. Девушка хитро улыбнулась и прищурила глаза, решая его поддразнить, однако любимый врач без труда отбил коварную атаку:
— Она без сахара, так что ешь.
— А вы внимательный, товарищ доктор, — улыбнулась Злата, откусывая новый кусочек.
— А ещё заботливый, — не стал скромничать Паша и из вредности совершенно по-детски
