- И ты не знаешь ни одной ноты? - удивился парикмахер, хлопая в ладоши и говоря Маттиа "ты", как будто знал его давно.
Я уже, кажется, упоминал о том, что в лавке были и другие инструменты. Окончив игру на скрипке, Маттиа взял кларнет:
- Я играю также на кларнете и на корнет-а-пистоне.
- Тогда сыграй, - попросил Эспинассу. И Маттиа сыграл по небольшой пьеске на каждом из этих инструментов.
- Мальчишка - настоящее чудо! - закричал Эспинассу. - Если ты останешься со мной, я сделаю из тебя большого музыканта, слышишь ли - большого музыканта! По утрам ты будешь брить вместе со мной моих клиентов, а весь остальной день будешь учиться. Не думай. что я не смогу быть для тебя настоящим учителем, оттого что я парикмахер. Надо жить, есть, пить - вот для чего мне служит бритва.
Слушая его речь, я смотрел на Маттиа. Что он ответит? Неужели мне придется лишиться моего друга, товарища и брата, так же как я потерял одного за другим всех тех, кого любил? Сердце мое сжалось.
Положение до известной степени напоминало то, в каком находился я, когда госпожа Миллиган просила Виталиса оставить меня у нее. Я не хотел упрекать себя так. как упрекал себя впоследствии Виталис.
- Думай только о себе, Маттиа, - взволнованно прошептал я.
Но он быстро подошел ко мне и взял меня за руку:
- Расстаться с моим другом! Нет, этого я не могу, благодарю вас.
Эспинассу продолжал настаивать и добавил, что, когда Маттиа закончит свое первоначальное образование, он найдет средства послать его в Тулузу, а потом в Париж, в консерваторию. Но Маттиа твердил по-прежнему:
- Расстаться с Реми? Никогда!
- Ну ладно, парень, - сказал Эспинассу, - я все же хочу что-нибудь для тебя сделать. Я подарю тебе книжку, в которой ты найдешь то, чего не знаешь.
И он стал рыться в ящиках, пока не нашел книжку под заглавием: "Теория музыки". Она была очень старая, очень истрепанная, но какое это могло иметь значение!
Взяв перо, он написал на первой странице книги:
"Пусть мальчик, когда станет большим артистом, вспомнит о парикмахере из города Манта".
Не знаю, были ли тогда в Манте другие учителя музыки, кроме парикмахера Эспинассу, но нам посчастливилось встретить его, и, конечно, ни я, ни Маттиа никогда его не забудем.
ГЛАВА VIII. КОРОВА.
Я всегда очень любил Маттиа, но после Манта я полюбил его еще сильнее. Ведь Маттиа отказался от спокойного, обеспеченного существования, от возможности получить образование, от будущего успеха, для того чтобы разделить со мной жизнь, полную случайностей и опасностей, без уверенности не только в будущем, но и в сегодняшнем дне.
Я не мог сказать в присутствии Эспинассу, как взволновали меня слова Маттиа о том, что он никогда со мной не расстанется. Но когда мы вышли, я взял Маттиа за руку и крепко сжал ее:
- Знаешь, теперь мы друзья навеки! Он улыбнулся, глядя на меня своими большими глазами:
- Я и раньше был в этом уверен.
Маттиа, прежде так плохо справлявшийся с чтением, стал делать поразительные успехи, с тех пор как начал читать "Теорию музыки" Куна.
К несчастью, он не мог уделять ученью столько времени, сколько хотел: приходилось с утра до ночи быть в пути.
Наконец мы дошли до курортов с минеральными водами, которые были целью нашего путешествия. Действительно, советы вожака медведя оказались правильными, и мы довольно быстро набрали шестьдесят восемь франков. Шестьдесят восемь франков с имевшимися у нас раньше ста сорока шестью составляли сумму в двести четырнадцать франков. Теперь мы могли идти в Шаванон, причем решили пройти через Юссель, где. ожидалась большая ярмарка рогатого скота и где мы могли приобрести корову.
До сих пор эта корова существовала только в нашем воображении, причем каждый из нас представлял ее по-своему. Маттиа хотелось купить белую, а я мечтал о рыжей, в память нашей бедной Рыжухи. Она должна быть доброй, ласковой и давать много молока. В мечтах все это было чудесно!
Но как превратить эту мечту в действительность? Выбрать хорошую корову дело нелегкое. По каким признакам следует ее выбирать, мы не знали. Кроме того, в харчевнях мы наслушались еще различных страшных историй. Крестьянин купил на ярмарке корову с прекрасным хвостом, таким длинным, что она могла отгонять им мух даже с кончика носа. На следующее утро оказалось, что хвост у нее приклеенный. Другой человек купил корову с фальшивыми рогами, третий, когда захотел подоить корову. увидел, что у нее вымя надуто и что она дает в сутки не больше двух стаканов молока.
Какой ужас, если мы подарим матушке Барберен такую безрогую корову или корову, совсем не дающую молока! Но однажды мы услышали рассказ о том, как ветеринар разоблачил плутни торговца. Тогда мы решили пригласить для покупки коровы ветеринара. Это будет стоить лишних денег, зато он поможет нам. Приняв это решение, мы весело пустились в путь и через два дня рано утром пришли в Юссель.
Здесь я уже чувствовал себя как дома. В Юсселе я впервые выступал перед зрителями в пьесе "Слуга генерала Душки", и тут же в Юсселе Виталис купил мне первые кожаные башмаки на гвоздях, доставившие мне такую огромную радость.
