Доктор посмотрела на меня подозрительно, но говорить ничего не стала, а вернулась к разглядыванию дела Кики.
— У Кики сильное нервное истощение, ему нужен покой и хорошее питание. Я выписала ему витамины, которые необходимо принимать ежедневно. У него нарушен гормональный фон в связи с неправильно подобранными противозачаточными препаратами.
— Какими противозачаточными препаратами? — тут же напрягаюсь.
— Точно сказать не могу, но курс лечения я ему составила и выписала необходимые лекарства. В течение месяца избегать интимных отношений.
Качаю головой в знак понимания.
— Кики — Ваш Истинный, чем раньше он поставит Вам ответную метку, тем быстрее поправится, — доктор на меня внимательно посмотрела, я спокойно выдержал этот взгляд и вновь качнул головой: это я и без неё знаю. — Постарайтесь быть с ним не таким грубым, на его теле обнаружены синяки, преимущественно на запястьях и бёдрах.
Я встрепенулся.
— Вот это уже не Ваше дело.
— Всё же, как лечащий врач, настоятельно советую Вам дать возможность моему пациенту восстановить силы. Если Вы и дальше намерены так с ним обращаться, то он в скором будущем вновь окажется в нашей клинике.
— И я вновь оплачу его лечение. Не переживайте, — широко улыбаюсь Луин.
— Что же, это Ваше право, — она как ни в чём не бывало продолжила разговор, — но он Ваш омега, который полностью зависит от Вас. Мне не ясны причины, по которым Вы до сих пор не выкупили ему штрих-код.
— Вы зашли слишком далеко. Я не просил Вас читать мне мораль. Я сам знаю, что мне делать. Вы врач, вот и лечите Кики, а в наши с ним отношения прошу не вмешиваться.
— Тогда мне больше нечего Вам сказать. Простите, меня ждут другие пациенты.
Я молча проводил её взглядом. Развернулся и посмотрел на входную дверь палаты Кики. Противозачаточные, значит. Эту проблему сейчас решу. Достаю телефон и набираю Колина.
— Добрый день, мистер Уилсон, — слышится, как обычно, вежливый голос омеги, — чем могу Вам помочь?
— Колин, распорядись, чтобы все фармацевтические препараты, найденные в комнате Кики, отнесли ко мне в кабинет, в том числе противозачаточные, — на этом я делаю особый акцент, — и, Колин, теперь Кики периодически будет сдавать анализы, и если выяснится, что он вновь принимает противозачаточные, ты будешь уволен.
— Я Вас понял, мистер Уилсон.
— Вот и отлично.
Я отключил вызов. Теперь нужно будет лучше следить за тем, что происходит в доме. Сжимаю в руках телефон — так и хочется сейчас разбить его об стену. Ещё стоит об этом инциденте поговорить с дружком Кики — Николем, этот парень — ещё тот хитрец, скорее всего, именно он достал Кики препарат.
Возвращаюсь в палату, где, к моему удивлению, проснулся мальчишка — он сидел на кровати и осторожно касался повязки на шее. Кики вздрогнул, повернулся на звук открывающейся двери и тут же сложил руки в замок перед собой. Бросил на меня быстрый взгляд и тут же отвернулся — стал разглядывать больничную стену, словно картину в галерее.
— Здравствуй, Кики.
Я закрыл за собой дверь, мальчишка лишь качнул головой, не поворачиваясь ко мне. Подхожу к нему ближе, сажусь в кресло напротив. Кики перевёл взгляд на свои сложенные руки, которыми нервно перебирал край больничной пижамы.
— Что же, нам стоит кое о чём поговорить, — заглядываю ему в лицо, пытаюсь поймать его взгляд. — Я говорю о том, что ты всё это время за моей спиной принимал противозачаточные.
Кики тут же вскинул на меня глаза, покраснел и нервно прикусил губу.
— Как я вижу, сказать тебе нечего?
— Я не считаю, что я сделал что-то плохое, — тихо проговорил мальчишка, — это твоё решение — родить ребёнка, не моё.
— Да, моё, потому что ты принадлежишь мне и я имею на это право.
— Нет такого закона, — Кики сложил руки на груди и прямо посмотрел на меня, — по которому одни люди принадлежат другим и не имеют права защищать себя!
— Но и закона о том, что ты имеешь какие-то права, нет, так что успокойся!
— Я не буду рожать тебе детей! — Кики гневно посмотрел на меня.
— Прекрати вести себя как ребёнок. Тебе уже пора осознать и принять своё положение, — перевожу дыхание, успокаиваюсь, — если сам к этому прийти не в состоянии, я могу тебе помочь: во-первых, наш с тобой уговор, по которому ты должен будешь с этих пор вести себя по отношению ко мне по-другому. Своё обещание я сдержал, — указываю рукой на его шею, — ошейник снял.
— И укусил при этом, — Кики тихо фыркнул себе под нос.
Игнорирую его высказывание и продолжаю:
— Во-вторых, подумай о своей семье.
— Что? — Кики удивленно вскинул на меня глаза. — Что это значит?
— Подумай о брате и сестре. Мой отец потянул за ниточки и пристроил их на хорошие места, благодаря чему они обеспечивают свои семьи — супругов и детей. Но я всё могу изменить одним звонком, — достаю из кармана телефон, демонстрирую его Кики.
— Это шантаж.
— Это взаимовыгодное предложение. Со своей стороны обещаю, что буду мягче к тебе.
Кики опустил голову, задумавшись и кусая губы, посмотрел на меня.
— Я дам тебе время прийти в себя, — кладу руку на его колено, от чего он моментально напрягается, и заглядываю ему в глаза.
— Сколько времени?
