Элла, обворожительная в темно-фиолетовом платье и черной шали, прошла в вестибюль. Она встретилась глазами с Сейбером.
– Элла! – Он бросился к ней, чтобы обнять ее. – Где ты была? Мы так встревожились.
Она двигалась медленно, как во сне. Ужас охватил Сейбера.
– Дорогая моя, – тихо промолвил он. – Скажи же хоть что-нибудь.
– Я устала.
Он перевел глаза с Девлина на Марго. Губы Марго были приоткрыты, глаза расширены.
– Элла…
Она уперлась руками в его грудь и оттолкнула его.
– Что за переполох вы устроили, – сказала она, кутаясь в шаль. – Я всего лишь решила прокатиться в экипаже. А теперь я устала и хочу отдохнуть.
Бабушка попыталась было подойти к ней, но Сейбер сделал ей знак оставаться на месте.
– Мы собирались обыскать весь Лондон, – сказал он Элле. Сердце его отчаянно колотилось. – Ответь мне, где ты была.
Элла взглянула на него.
– Я не твой ребенок. И не твоя собственность. Когда буду готова, мы поговорим. – Она обвела глазами собравшихся. – Без свидетелей.
Ее постель была пуста.
Сейбера охватила паника.
Окно было широко раскрыто. Ветви дерева царапали стекло, слышался ночной шепот листвы.
Грабитель мог залезть через это окно.
Сейбер шагнул к окну.
– Я здесь, Сейбер.
Он остановился и закрыл лицо руками.
– Господи, Элла… Я думал… Слава Богу, ты в безопасности.
Она сидела на подоконнике, скрытая занавесками. На ней была только легкая белая сорочка.
– Незачем так тревожиться. Тебе пора спать.
– Я наблюдал за твоей комнатой, пока горничная не ушла.
– Не беспокойся обо мне.
– Элла…
– Я много думала о нас с тобой. Я была не права. Я вынудила тебя сделать мне предложение. Забудь все, что произошло между нами.
Он подошел к ней, оперся руками о подоконник и поцеловал ее в лоб.
– Мы должны поговорить откровенно.
– Ты такой странный.
– Странный? Почему? Она коснулась рукой его подбородка.
– Но у вас в семье, похоже, все такие. Мужчины, которые разговаривают с женщинами. Мужчины, которым небезразлично мнение женщины. Неудивительно, что вы привлекаете к себе женские сердца.
Сейбер погладил ее по волосам.
– Не знаю, как остальные, но в отношении меня это правда. Когда я один, я часто говорю с тобой. – Он всегда слышал то, что хотел услышать, когда оставался наедине сам с собой.
– Я верю тебе. Но я также уверена, что ты больше всего на свете ценишь собственную свободу. Ты никогда не просишь меня сопровождать тебя, ты боишься, что я буду докучать тебе своими глупыми вопросами.
– Что случилось? – тихо спросил он ее. – Что произошло сегодня вечером? Где ты… Крэбли и Роуз упоминали про какую-то карету. Куда тебя отвезли?
– Никуда! – Ее черные волосы разметались по плечам. Она сидела, сжавшись в комочек. – Оставь меня, прошу тебя. Ради всего святого, уходи, оставь меня в покое.
Сейбер снова провел рукой по ее волосам.
– Нет.
Она вздохнула.
– Я не собираюсь вести с тобой словесные баталии, Сейбер. Я хочу побыть одна. Пожалуйста, уходи.
– Нет.
– Это моя спальня. И тебе не следует здесь находиться.
– Вздор. Если ты действительно хочешь избавиться от меня, придумай что-нибудь получше. Отныне я всегда буду рядом и ни на миг не оставлю тебя одну.
– Но это смешно в конце концов! – Она повернулась лицом к окну.
– Мы скоро поженимся. Супруги всегда должны быть вместе. В этом нет ничего смешного.
– Человеку надо иногда побыть одному.
– Я постараюсь исчезать время от времени. Может, меня научит этому искусству одно знакомое мне привидение?
– Может быть. – Она помолчала, потом добавила: – Но ты ведь не можешь находиться рядом, когда я одеваюсь.
Он чуть не рассмеялся, но тут же закашлялся.
– Думаю, я это как-нибудь переживу.
– Ну а когда я принимаю ванну?
Когда она принимает ванну? Сейбер сел перед ней.
– Да, это будет посложнее, но я найду в себе силы выдержать и это испытание.
– И уж конечно, ты не сможешь уследить за мной, когда сам принимаешь ванну.
М-м. У леди настоящий талант отвлекать мужчину от серьезных мыслей.
– Интересная дилемма. Я, пожалуй, затащу тебя с собой в ванну.
– О! Ты просто невыносим. Уходи.
– Нет.
– Я позову…
– Кого? Кажется, это я призван охранять тебя.
Она умолкла.
Сейбер ждал, глядя на нее. Она не двигалась. Он тронул ее холодные руки, медленно провел пальцами по обнаженным плечам, потом встал и обнял ее, укачивая, как ребенка.
Он слышал, как она всхлипывает, тело ее тряслось от беззвучных рыданий.
– Мы не можем быть вместе, – сказала она ему глухим голосом. – Никогда. Я… я такая, какая есть. Ничто меня не изменит. Мне казалось, я начну новую жизнь и забуду прошлое, но я ошибалась. Прошу тебя, Сейбер, во имя нашей прежней дружбы возвращайся в свою комнату. Как только папа вернется, я попрошу его отправить меня домой в Шотландию. А там я стану молиться – только это мне и остается.
Сейбер застыл.
– Молиться? – Он поднял голову. – Ты расскажешь мне, что с тобой сегодня произошло?
– Нет.
Сейбер встал.
– Прекрасно. Ты решила быть сильной и нести свою беду в одиночестве. Как благородно – и как глупо. Мне следует все взять на себя. Ты вверена моим заботам, и я буду заботиться о тебе.
