– Нет, я не буду больше плакать, – я смахнула набежавшие соленые капли и подняла на него свой серьезный взгляд. – Я больше не могу. У меня больше нет сил проливать слезы из-за тебя.
– Тэя… – он хотел приблизиться, но я сделала равномерный шаг назад.
– Говори то, что ты хотел сказать. Я слушаю.
– У тебя есть что-нибудь выпить?
– Нет, – отрезала я. – У нас не дружеская беседа за стаканчиком увеселительного напитка. Либо говори, либо проваливай.
– Когда ты успела стать такой жестокой?
– Тогда, когда ты успел стать предателем и мерзавцем в моих глазах.
– Все не совсем так, как ты думаешь.
– Я внимательно слушаю тебя.
Нэйт зашел в гостиную, я последовала за ним, подождала пока он обойдет ее несколько раз и найдет удобное для себя место. Он сел за барную стойку, оперев голову на руку, и тяжело вздохнул. Я устроилась на краю дивана, скрывая от него свою паническую атаку. Руки предательски тряслись, и я вцепилась в подлокотник.
– Мы знакомы со Стефани десять лет, – начал он и сразу же поверг меня в шок.
Заметив мою реакцию, он попросил:
– Тэя. Я знаю, тебе будет так же тяжело меня выслушать, как мне попытаться тебе все объяснить. Но я прошу, не перебивай меня. Я и так не знаю, куда себя деть от волнения. Мне важно, чтобы ты поняла меня. Мне важна ты. Понимаешь?
– Хорошо.
– Дядя Хью и ее отец Джордж всегда были хорошими друзьями. И наше знакомство было всего лишь делом времени. Сначала у нас с ней были сугубо профессиональные отношения. Она интересовалась моей работой и становлением моей компании. И через некоторое время она убедила своего отца вложить в мою компанию крупную сумму денег. Он стал нашим основным партнером, каким является до сих пор. Разумеется, у нас было много совместных встреч и рабочих поездок. Джордж постоянно брал Стефани с собой, объясняя это тем, что она наследница компании и должна знать, как вести дела.
Было видно, с каким трудом ему дается каждое слово. Этот монолог напомнил мне мою исповедь об Алексе, когда Нэйт безмолвно слушал и не перебивал, понимая, насколько важно мне это откровение. Как сейчас важно и ему. А, значит, важно и мне.
– Я четко понимал, куда клонит Джордж, – продолжил Натаниэль. – Я знал, что он видел меня не только своим бизнес-партнером, но и в качестве жениха своей дочери. В то время мне была необходима поддержка семейства Майлс, и я всячески пытался им угодить. Поэтому в скором времени мы со Стефани объявили себя парой. Не без напора моего дяди и ее отца, конечно. Я не любил ее. И даже не хотел. Она просто была мне симпатична как человек. Умна, проницательна, интеллигентна. Мы ладили в работе. На тот момент мне больше ничего не было нужно.
Он поднял на меня взгляд, проверяя, готова ли я слушать дальше. И, видимо, удостоверившись, снова заговорил:
– С тех пор мы появлялись вместе на всех мероприятиях, в общественных местах, изображая полноценные отношения. Дядя Хью и Джордж были счастливы. Ее устраивал такой формат отношений. Меня тем более. Ведь, как я предполагал тогда, она не хотела большего. Пока однажды я не обнаружил ее в своей постели. Это было около пяти лет назад. Тогда у нас состоялся серьезный разговор о том, стоит ли все это продолжать. Потому что я сразу четко обрисовал границы. Она же надеялась, что со временем я полюблю ее, и затянувшаяся игра перерастет в настоящие отношения. Все взвесив, мы решили продолжать этот фарс, исключая ее попытки вызвать во мне какие-либо чувства. Знаю, звучит глупо, но тогда мы пришли к компромиссу для того, чтобы ее отец, известный всем своим импульсивным характером, не наломал дров и не попытался уничтожить мою компанию. А она тогда еще была очень шаткой.
– Продолжай, – я поймала его взгляд и, наконец, выпустила из цепкой хватки подлокотник дивана.
– Никто и слышать не хотел о нашем со Стефани «разрыве». Ни Джордж, ни мой дядя. Хью считал, что Стефани идеальная пара для меня по всем критериям. И отсутствие любви – один из них. Возможно, это именно он поселил мне в голову мысль, что любви фактически не существует, что это выдумка самих людей, чтобы красиво объяснять окружающим, почему они трахаются. Он убедил меня, что у всего есть лишь холодный расчет. Я так и думал. Я верил в это. У меня ко всему было именно такое отношение. Пока я не встретил тебя.
Голубые глаза снова отыскали мои и теперь уже ничто не могло разорвать наш контакт.