Сколько нам еще ехать? Хотя, это лучше, чем сидеть дома в одиночестве и ждать, пока Барон соизволит прыгнуть куда нужно. Не знаю, насколько это сложно, но ему пора бы уже научиться. Было бы удобно, даже частный самолет не нужен. Потрясающая способность.
— Дом должен быть за деревьями, — говорит Деймон и паркуется.
— Гранату? — спрашивает Стефан, оборачиваясь на меня.
— Мне она не нужна, спасибо, — улыбаюсь.
Выходим. Небольшой мандраж, что всегда испытываешь перед дракой, о которой знаешь заранее, раздражает, потому что похож на тревожность. Совсем иначе, если ввязался в бой неожиданно, тело наполовину легче, в голове проясняется. Кайф.
— Знаешь, мне было бы спокойнее, если бы вместо тебя поехал Кай, — кривится старший Сальваторе, — У него еще и магия есть.
— Могу подождать вас в машине, если хочешь, — скалюсь, от чего он еще больше корчится.
Его брат лишь усмехается.
Еще не подойдя к двери, слышим женский стон. Не замираем на месте, хотя инстинкты именно так и велят сделать. Продолжаем красться дальше. Это не Елена, вероятно, вампирша, которая ее похитила. Кричит скорее от душевной боли, чем от физической. Сквозь ее плач различаю ровный голос первородного. Он убил ее друга. Хочет увести куда-то Гилберт, та торгуется, говорит, что знает, где лунный камень. Элайджа внушает ей и допрашивает, узнает про запертую в гробнице Кэтрин.
Деймон задевает что-то, что с громким звоном разбивается о пол. Ну молодец. Закатываю глаза и не стараясь быть тихой, кидаюсь на скорости влево. Смутно помню, что главное побоище будет у этой здоровой лестницы, так что прячусь недалеко.
И правда, первородный тащит двойника за локоть в центр комнаты, за ним следует заплаканная похитительница. Деймон проносится мимо них из одного проема в другой. Элайджа отталкивает Елену от себя, оглядывается, затем обращается к вампирше.
— Роза? — вот как ее зовут!
— Я не знаю, кто это, — говорит она твердо.
Стефан на скорости спускается и исчезает за дверью. Первородный поднимается до середины лестницы и раздраженно вздыхает.
— Внизу! — дразнит его Деймон и всаживает кол в ладонь.
Ухмыляюсь. Знали бы братья, какой перед ними опасный вампир.
Срываюсь с места и хватаю Розу. Тащу за собой в другую комнату и прижимаю к стене, закрывая рот рукой. Приставляю палец к губам, смотря вопросительно. Согласно кивает, после чего отпускаю. Помнится, она хорошая, надо бы не дать ей помереть от укуса оборотня.
— Прошу прощения, — громко произносит первородный, — Кто бы ты ни был, ты сильно ошибаешься, если думаешь, что победишь меня, — медленно шагает по дому, — Ты не справишься, слышишь? — судя по хрусту древесины, отламывает что-то, чем думает нас убить, — Повторяю, меня не возьмешь. Отдайте девушку, или полетят головы, — почему-то этот мягкий, даже мурлыкающий голос ничуть не смягчает угрозу.
Маленькой испуганной девочке внутри хочется сцепиться с ним в рукопашном бою, чтобы показать, что он не так силен, как думает. Надо бы держать ее под контролем.
Кто-то из братьев кидает вербеновую гранату. Затем Стефан выходит из укрытия, всаживая в корпус древнего пули одну за другой. Это его даже не тормозит. Кидаюсь на Элайджу и сбиваю его с ног. Поднимается на скорости и оказывается припечатанным к стене. Деймон всаживает ему в грудь деревянную балку. Лицо первородного почти чернеет. У нас есть немного времени, прежде чем он воскреснет, надо убираться.
А они обнимаются. Закатываю глаза, встречаясь взглядом со старшим Сальваторе. Оглядываюсь, отмечая, что Роза сбежала. Ну конечно, она то знает, что древнего так легко не убить.
Ожидаю, что будем ехать обратно в напряженном молчании, но Елена сразу принимается рассказывать нам, что ее хотят принести в жертву, чтобы снять проклятие солнца и луны. И это тоже бред, милая, эту байку придумал гибрид, чтобы легче было найти камень. На самом деле он нужен для ритуала, чтобы освободить волчью сущность Клауса. Есть ли способ сделать это, никого не убивая? Надо поговорить об этом с Каем. Если это возможно, он найдет как. Хорошо бы оставить Дженну в живых.
— А ты что скажешь, википедия? — спрашивает Деймон, это он мне? — Если это был первородный, то почему мы не умерли, как ты говорила?
— Ты его не убил, он очнется.
— Что будем делать? — оборачивается Стефан, — Если древние придут за Еленой, придется отбиваться.
— У тебя дома живет первородный еретик и Барон Суббота, а сегодня заселяется еще и Мама Бриджит, — усмехаюсь, — Уж с Майклсонами справимся.
— Мой дом похож на общагу? — восклицает Деймон.
— Мы можем уехать, — подмигиваю Стефану, которого странным образом веселят наши перепалки, — С древними вампирами сам разберешься. И, если охотники вернутся, удачи тебе.
Старший Сальваторе не отвечает, включает музыку.