— Все не так просто. — улыбается, — Ты не отделаешься одной услугой, — он берет графин со столика и открывает, — Мы осядем тут, — делает глоток, морщится, — Кровососы перестанут умирать от укусов. И, если мне что-то будет от тебя нужно, — делает паузу, — Ты мне это дашь.
— Прости, — Марсель театрально смеется, — Я должен продаться в рабство за информацию, которую могу добыть и другими способами?
— Да, ты, конечно, волен нас пытать, — ведьмак закатывает глаза, — Но простое знание не поможет тебе избавляться от яда, — он делает еще один глоток и ставит виски обратно.
Стук в дверь прерывает вампира, который хотел что-то сказать. В комнату заходят двое, один протягивает мне пакет с кровью, а Паркеру — что-то в бумажной обертке.
— Наконец-то, — фыркаю, — Недели не прошло.
— Это ты, верно? — Марсель задумывается и указывает на ведьмака, — Все девять кланов в Новом Орлеане не смогли бы излечит укус оборотня, — хмурится, — Как ты можешь?
— Я не какая-то там ведьма, — кривится Кай, — Я особенный, — подмигивает мне, — Если ты хочешь, чтобы я лечил твоих парней, — разворачивает принесенный ему сверток, — Надо будет платить.
— Как ты это делаешь? — вампир собирается, прогоняя с лица озадаченность.
— Врожденная особенность, — откусывает большой кусок бургера.
— Объяснишь? — вопрос уже ко мне.
Смотрю на Паркера и, получив разрешающий говорить кивок, перевожу взгляд на вампира.
— У него нет своей магии. Чтобы колдовать, он вытягивает ее, — Марсель качает головой в такт моим словам, смотря перед собой, — Он может вытянуть магию из укуса, сделав его безвредным.
— Я понимаю, почему вы бежали, — кивает в последний раз и меняется в лице, улыбаясь, — Но рад, что остановил вас. Мы сможем быть полезны друг другу.
— У тебя есть прямо сейчас умирающие от укуса оборотня, или мы можем пойти домой и отдохнуть? — кидаю пустой пакет на столик.
— Вы можете жить здесь, — разводит руками, — Группа выполнит любую…
— Уволь, — выставляю руку, затыкая его. — Мне нравится наша квартира, ключи я спрятала под коврик, а аренда оплачена, — встаю, — Позвонишь, если понадобимся. Достань Каю телефон.
— Мне еще кое-то нужно, — ведьмак тоже поднимается с места, облизывая пальцы, — Десять тысяч наличкой, — ловит мой изумленный взгляд, — У тебя много денег осталось?
— И то верно, — пожимаю плечами, перевожу взгляд на Марселя, — И моя сумка. Лежит в четырех часах езды отсюда рядом с машиной, улетевшей в кювет.
— То, что уцелело, вам уже везут, — кивает вампир.
— Позвони им. Если среди вещей нет моей черной сумки, пусть возвращаются.
— Что в ней такого важного? — недовольно восклицает, смотря поочередно на нас с Паркером.
— Там вещь, которая дорога мне, как память, — и лекарство от вампиризма, — Пусть привезут, — встаю, — Это все.
Мы выходим из особняка на своих двоих. Солнце издевательски печет. Еще есть время насладиться Новым Орлеаном, не нужно срочно куда-то бежать. Восторг.
Молча идем до дома. В голове столько впечатлений, будто мы неделю убегали от Марселя, а прошла всего ночь. Надо поспать. Не в машине со связанными руками, а под одеялом.
Снимаю обувь, закрывая дверь на ключ.
— Почему ты пошел на сделку? — снимаю рубашку, кидая ее куда-то под кровать.
— Ты же хотела остаться, — он тоже очень устал, еле шевелится, — Теперь нас будет защищать армия вампиров. И, может быть, ты наконец расслабишься.
— И тебя не волнует, что теперь они в тебе заинтересованы? — стягиваю майку и джинсы.
Да, я буду с ним спать, хотя сегодня и не пьяная, и не в кровавом угаре после обращения. У меня была трудная ночь, это мое оправдание.
— Если что-то пойдет не так, я разберусь, — забирается под одеяло.
— Поотрываешь им головы? — ложусь рядом.
Обнять его и расслабиться после всего случившегося, это то, что нужно. А этот сладкий запах сейчас не вызывает голод, а будто убаюкивает.
— Еще сердца, — ухмыляется, — Чем займемся завтра?
— Я потренируюсь останавливаться сама, когда пью.
— Посмотрим, сколько туристов умрет, — он целует меня в макушку и прижимает к себе чуть сильнее.
— Я буду практиковаться на тебе, — поднимаю голову и щелкаю его по носу. Понятно, почему он так делал, моська шикарная получается, — Если я потеряю контроль, ты меня остановишь.
— И выбора у меня нет.
— Разумеется, я все уже решила за тебя, — киваю и хихикаю.
— Хорошо, — улыбается, — А что в твоей сумке?
— Я взяла из пещеры лекарство от вампиризма.
— Сомневаешься? — становится задумчивым.
— Нет, — качаю головой, — Но в этом мире такое только одно, а из 1994-го я взяла второе. Это редкая и мощная штука. Вдруг пригодится, — пожимаю плечами.
— Есть вещи, которые ты не пытаешься предусмотреть?
— Ты бы удивился, — усмехаюсь, почти отключаюсь, — Сладких снов.
— Сладких, Ринз, — целует меня в макушку.
19 сентября 2009
Будит голод. Резко врывается в сон и грубо вытаскивает наружу. Открываю глаза и щурюсь от солнца, что едва показалось из-за горизонта, но уже раздражает. Восход означает, что мы проспали полдня и всю ночь, тогда такая жажда неудивительна.