Откуда-то издалека, как из трубы, в сон врывается смех. Зеваю, потягиваюсь и открываю глаза. И где Паркер? Прислушиваюсь. Через две комнаты, в кабинете Марселя идет оживленная беседа. Понятно, у них вечеринка без девочек, надо ее испортить.
Одеваюсь, завязываю волосы в пучок и выхожу. С балкона наблюдаю, как вампиры внизу уже готовятся принять туристов на очередной кровавой попойке. Когда тут управлять империей, если каждый день пьянка или убийства? Потрясающий город.
Без стука открываю дверь и захожу. Король сидит на диване, тянется к бутылке на столике, видимо, чтобы обновить напитки. Кай развалился в моем кресле, закинув ногу на подлокотник. В соседнем, сложив руки на животе, устроился Тиерри.
— Проснулась, — Марсель улыбается еще шире, чем до этого, жестом приглашая сесть рядом.
— А ну брысь, — несильно толкаю еретика в плечо.
— И я рад тебя видеть, — рычит беззлобно и закатывает глаза, но уступает, пересаживаясь на диван.
— Благодарю, — ехидно улыбаюсь, — Кровь? — король утвердительно мычит, доставая из кармана смартфон, — Есть новая информация по оборотням? — Паркер пожимает плечами, а Тиерри молчит, пока не видит одобрительный кивок Марселя.
— Да, мы проверили хозяйку квартиры, которую снимала Паола. Она чиста, — допивает содержимое своего стакана и тянет руку к столику, — Ее работодатель пока под подозрением, — качает головой, — Он приехал в город восемь месяцев назад, но неизвестно, что делал до этого. И мы не смогли его найти. Лавка закрыта, адреса нет. Пока пробиваем его соседей из соседних магазинов.
— А что с человеком, которого зачаровали? — указываю пальцем на один из чистых стаканов, смотря на Кая, он корчит гримасу и открывает новую бутылку.
— Мы как раз его и ждем, — Тиерри грустно рассматривает пустую несколько мгновений и ставит ее рядом с креслом, кидая взгляд на еретика, — Посмотрим, удастся ли допросить.
— Конечно, я на все руки мастер, — Паркер наливает виски и протягивает мне, подмигивая, — Да, Ринз?
Закатываю глаза, не обращая внимания на сдавленные смешки вампиров.
— Как ты мне дорог, ты бы знал, — улыбаюсь.
— К вам можно? — из-за двери показывается Диего, находит меня взглядом и улыбается, вертя в руках несколько пакетов с кровью, — Я с подарками.
— Заходи, — машу рукой, — Как ты себя чувствуешь?
— Уже лучше, — он весело кивает два раза и улыбается, — Но было страшновато. Неприятная это вещь.
— Могу представить, — поднимаю брови и сжимаю губы, затем смотрю на короля, — А где Ален? Я его не видела с той ночи.
— Ему тяжело сейчас приходится, — Марсель качает головой, забирая один из пакетов, — Он был серьезно привязан к Паоле, — делаю глоток, снова ощущая себя живой.
— Это ужасно, — хмурюсь, — Ему теперь вдвойне больней, она его использовала, но он все равно скорбит.
— Только не надо чувствовать вину, — восклицает Кай, — Неизвестно, что бы она тут натворила, если бы ты не вырвала ей сердце.
— Он прав, — кивает Тиерри, — Мы запаниковали и оставили ее обращаться, — он берет пакет, благодаря Диего кивком, — Если бы она успела принять полную форму, пострадала бы большая часть колонии.
— И ты сделала это из любви, — улыбается король, салютуя стаканом, — Мы все можем тебя понять
Лучше бы ты помолчал.
— Да, она от меня без ума, — прерывает неловкую паузу Паркер. Спасибо! — Я же бесподобен.
— И к тому же невероятно скромный, — восклицаю.
Комната наполняется смехом, который стихает как раз, когда в дверь стучат.
— Войдите, — Марсель смахивает слезинки с глаз, — Наконец-то, — вздыхает, — На диван его, — он встает, указывая на свое место.
Двое ведут человека, который вколол мне яд,
— Начнем, — Кай тоже поднимается на ноги и потирает руки, — Вам придется его держать, — пожимает плечами, — Будет больно, — по-садистски улыбается, широко распахивая глаза. Ждет, когда человека усадят напротив, и сосредотачивается, меняясь в лице, — Phasmatos tribum aperi animo, — истошному воплю бедняги даже не предшествует хрип или стон, — Invenies quod absconditum est.
Его корчит, гримаса боли искажает лицо до неестественного. Тело дергается, сокращается.
Марсель с силой прижимает несчастного к дивану, не давая двигаться. Будь я человеком, воспринимала бы только крик, но вампирский слух отделяет звуки друг от друга, позволяя уловить все. И этот рев на фоне спокойного монотонного тембра Паркера, читающего заклинание на неизвестном языке, становится еще пронзительней. Под кожей на затылке просыпаются многоножки, вороша волосы. Поднимаю плечи и верчу головой, пытаясь их прогнать.
Кай останавливается, прекращая пытку. Бедняга замолкает и почти отключается, расслабляясь. Он весь вспотел, кожа покраснела.
— Ты отдохнешь чуть позже, — король обходит диван, садится на корточки и хлопает парня по щекам. Когда тот приходит в себя, впивается глазами, — Отвечай честно. Ты помнишь, что сделал пять дней назад? На вечеринке.
— Я вколол содержимое шприца вампиру из твоего ближнего окружения.
Сжимаю губы, будь я тогда на танцполе, не попалась бы. И почему меня вечно тянет в бар?
— Кто сказал тебе это сделать?
— Мальчик по имени Кендрик.