— Что-то забыла? — Паркер подлетает ко мне из неоткуда, хватает за горло, — Хотела сбежать? — его лицо очень близко, в глазах какой-то первобытный гнев. Я точно знаю, что ему нравится это чувствовать, мне тоже нравится. Когда ТАК злишься, ощущаешь себя сраным царем горы.
— Идиот, — хрипло, он сжимает сильнее, но, что странно, это не причиняет боли, просто мешает сделать вдох, — Продукты, — бросаю на пол, что привлекает его внимание. Он переводит взгляд на пакет, затем опять на меня. Гнев сменяется недоумением, и я снова могу дышать. Только сейчас замечаю, что на нем только джинсы и обувь.
— Ты ходила в магазин? — хмурится, улыбается, все за секунду, от гнева до радости.
— Бери все, — киваю, пытаюсь отдышаться, — Одевайся и пойдем в соседний дом, тут кто-то устроил ужасный бардак, — Паркер кивает и поднимает продукты с пола, держит дверь, пропуская меня вперед, — Одевайся, говорю.
— Найду одежду там, тут больше ничего нет, — закатываю глаза и выхожу, проходя мимо, даю ему подзатыльник, не сильно, символически.
— И не смей так больше делать.
— Я подумал, что ты ушла, — притворно ежится он, улыбаясь, — Я встал, решил тебя не будить, как ты просила, и сделать завтрак. Но заметил, что чайник горячий. Поднялся, а в спальне пусто. Вот и…
— Психанул, — поджимаю губы, мы заходим в наш новый дом, — Ты делаешь мне чай и разбираешь то, что я принесла, — сажусь.
— Справедливо, — поджимает губы и вытаскивает из пакета пирог, — Ты тоже любишь шкварки? — улыбается, — О! И джем.
— Нет, это тебе, — изо всех сил делаю скучающий вид, — Дай мне сигарет и зажигалку.
— Ты взяла их специально для меня? — театрально хватается за сердце, еще шире улыбаясь, — Это так мило. Я приготовлю тебе что-то получше пирога, — кладет на стол одну из пачек и зажигалку.
Я действительно буду смотреть, как Кай Паркер хозяйничает на кухне, одетый в одни только джинсы? Сказать ему, чтобы накинул футболку? Нет, я заслужила немного зрелищ за то, что он сделал.
— Поедим и едем в Портленд, надо найти камень и свалить отсюда, — закуриваю.
— Тебе так не терпится избавиться от меня? — подмигивает, — Я думал, мы поладили.
— Я тоже, а потом ты чуть не придушил меня, — и почему, кстати, я совсем не злюсь на него за это? Потому что понимаю, что он испугался, что снова остался один? А это оправдывает его? Нет. Но я не злюсь, не обижена, мне не страшно. Не было, даже когда ведьмак взбесился. Было понимание, что это просто выход эмоций. Но я должна его бояться, просто обязана.
— Да, согласен, я немного вышел из себя, — разводит руками, — Но я пытаюсь извиниться.
— Давай договоримся, что ты не будешь психовать каждый раз, когда я решу выйти за продуктами или прогуляться? — не нахожу, куда скинуть пепел, — Дай мне блюдце или кружку, — кручу сигаретой.
— Но откуда мне знать, вдруг ты решишь сбежать от меня? — выполняет просьбу и отворачивается к плите, — Ты хочешь стать вампиром там, в реальном мире, но тут у тебя и так будет вечная жизнь. И это без жажды крови. Ищи тебя потом по всему миру.
— Вампиризм нужен не ради бессмертия, я хочу стать сильнее, — Паркер оглядывается на меня недоуменно, — Не у тебя одного есть детские травмы и темные порывы, Кай.
— Станешь потрошителем и будешь купаться в крови? — смеется.
— Посмотрим, как пойдет, — не исключено, что он прав.
— А ты темная лошадка… — он вдруг запнулся, — А как тебя вообще зовут?
— Не прошло и года, — ухмыляюсь, — Рина.
— А фамилия? — задумываюсь, он не выговорит ее, назвать любую? Кем я хочу быть?
— Ты не сможешь ее произнести, — качаю головой, — Можешь придумать сам, как меня называть, если тебе это нужно.
— Нет, будешь просто Рина, — произносит торжественно, а потом повторяет, — Рина… — задумывается, — Я бы не стал обращаться, — пожимает плечами, — Конечно, сила, внушение, это все хорошо, но сейчас я хоть как-то могу колдовать, — достает что-то из холодильника и опять становится спиной.
— Ты не знаешь? — улыбаюсь, есть еще одна возможность его удивить, — Такие, как ты обращаются в еретиков, а не в обычных вампиров.
— Что такое еретики? — он отвлекается от готовки и поворачивается ко мне, скрестив руки на груди. Кожа блестит от пота, он стоял у самой плиты.
— Они вампиры, но их способность тянуть магию не пропадает, — хочется хохотать, когда лицо Паркера медленно меняется от удивления до восторга, — А так как они вампиры, то есть магические существа, они тянут магию сами из себя.
— Я бы смог колдовать в любой момент, — кивает задумчиво и отворачивается, — Забавно, ведь если я стану вампиром, то не смогу объединиться с сестрой. А если обращусь после победы, то клан умрет во время моего обращения.
— Тебе есть дело до клана? — что он там готовит? Пахнет уже просто невыносимо, хочется его самого сожрать, — Или ты просто хочешь стать их главой, что бы им пусто было?
— Они заперли меня на пятнадцать лет в полном одиночестве, — пожимает плечами, — Хочу им отомстить, — выключает газ, готово? — Теперь можно поесть! — объявляет и поворачивается ко мне, держа две тарелки, одну ставит передо мной.