Король хватает в охапку, приказывая напрягшимся вампирам стоять на месте. Что-то говорит ведьмаку, тот кивает и командует своим уходить.
Бьюсь в попытках вырваться, но руки Марселя будто каменные. Кричу, сыплю ругательствами и угрозами. Впиваюсь ногтями в его кожу на предплечьях, пуская кровь. Умоляю отпустить. Захлебываюсь слезами, вою.
Барабаны в голове заглушают слова, что должны меня вразумить. Кожа плавится, а сердце чуть не пробивает ребра. Срываю голос, крича что-то в пустоту.
Боль и злость взрываются, вытесняемые бессилием. Король больше не держит, понимая, что не брошусь догонять клан. Обходит, вставая ко мне лицом, говорит что-то, что, видимо, должно успокоить. Повисаю у него на шее, снова заходясь плачем. Долго гладит по волосам, дожидаясь, пока не замолкну.
— Я хочу курить, — отстраняюсь, смотря в пол. Не решаюсь взглянуть на тело, — Попроси кого-нибудь принести.
Захожу в комнату. Сажусь на кровать, пытаясь унять дрожь по всему телу. Натыкаюсь взглядом на пакет с кровью. Ложусь и глубоко вздыхаю, ощущая запах грейпфрута от подушек. Сильно зажмуриваюсь, прогоняя вновь накатившие слезы.
Не смей быть такой слабой. Ему сейчас хуже, чем тебе.
Тихий стук в дверь. Поднимаюсь.
— Надеюсь, это сигареты, — говорю хрипло, быстро протирая глаза.
Входит Тиерри. Хмурый, как всегда.
— Да, они, — кидает на кровать пачку и зажигалку.
— Спасибо, — киваю, хватаю пакет с тумбочки и протягиваю ему, — Отнеси обратно, он уже не понадобится, — сдерживаю порыв ударить себя по лицу за очередной приступ истерики.
— Еще что-то нужно? — наклоняет голову на бок, внимательно разглядывая меня.
— Пока нет, — машу головой.
— Зови, если что, — сжимает губы и выходит.
Прикуриваю, открывая окно.
Бросаю вниз третью или четвертую сигарету, когда в голове проясняется. Все становится до безумия просто. Какой-то пазл, о котором и не знала, собирается в единую картину, показывая, что делать дальше. Тебе пришлось умереть, чтобы я осознала, какого это, быть бесстрашной и уверенной в себе. Отличный урок, Кай. Спасибо.
Достаю чемодан, открываю шкаф. Шарю в телефонной книге, пока выбираю, что из одежды взять.
— Уже соскучился? — смеется вампир.
— Привет, Люсьен, — говорю, — Это я.
— Что-то случилось? — умеряет восторг, — Голос, будто…
— Когда ты сможешь приехать в Нассау? — перебиваю, — Встретимся в беседке в отеле «Крайклифф».
— Все в порядке, Ринз?
— У меня для тебя новость, предложение и рассказ, который изменит твою жизнь, — стараюсь не обращать внимание на то, как он меня назвал. Касл и раньше так делал, но сейчас, это как раскаленной спицей между ребрами.
— Ты хоть что-то скажи, — нервно усмехается, — Это просто жестоко.
— Новость, — сглатываю, — Кай умер, — несколько секунд слушаю тишину, — Я вылетаю через несколько часов. Буду ждать тебя, — бросаю трубку.
Наспех собираю вещи, пряча чемодан под кровать.
Выхожу, ловя на себе взгляды вампиров, которые замолкают, стоит мне показаться.
— Марсель, мне нужна помощь, — вхожу без стука, не обращая внимание на Алена и Тиерри, — Где-то есть старая плантация, — вздыхаю, — Там жили первородные. Отведи меня туда.
— Зачем? — хмурится король, смотря с опаской.
— Просто сделай.
Не знаю, принадлежит ли это место хоть кому-то, но войти удается без приглашения. Уходит почти час, чтобы найти то, что нужно. Везет, если подумать, это могло занять кучу времени.
Говорю всем, что еду на Багамы развеяться. Почти доходит до скандала, но у Марселя нет выбора, ему приходится позволить мне уйти. Надо запомнить, что в любой трудной ситуации можно угрожать отключить человечность.
Едва не опаздываю на самолет. Надо раздобыть себе частный, как у Касла.
Не знаю, виной всему шок или меня просто сломало, но начинаю понимать, что значило это его «отпусти тормоза». Ты всегда так воспринимал реальность, Кай? У тебя было это чувство вседозволенности, как будто барьеров вообще нет? Какой-же ограниченной ты меня видел.
Заселяюсь в номер, принимаю душ и иду в беседку. Решаю, что буду там сидеть хоть месяц, но не сдвинусь, пока вампир не явится.
Закуриваю, встречаясь с напряженным взглядом друга, который уже ждет меня на нашем месте.
— Как ты? — открывает бутылку и протягивает мне.
— Паршиво, — горько усмехаюсь, — Но я тебя не плакаться позвала.
— Да, — сжимает губы, — История и предложение.
— Дай мне обещание, что дослушаешь рассказ, прежде чем отвечать, согласен ты или нет, — наклоняю на бок голову, — Мне придется доверить тебе самое дорогое, что осталось, Люсьен.
— Обещаю, — кивает, мягко улыбаясь, — Я думал, мы сблизились.
— То, что я скажу, слишком важно для нас обоих, чтобы надеяться на обычную дружбу, — делаю глоток, кислятина, — Но, если все выгорит, — качаю головой, — Можно будет бить парные тату.
— Не томи, — смеется.
— Ты уже много лет готовишь восстание против Клауса, — слежу, как напрягается, прогнав всю радость с лица, — Хочешь выпить улучшенную сыворотку, чтобы стать смертоноснее первородного, — отпиваю еще, — У тебя осталось несколько ингредиентов. Я помогу их собрать. Мне нужно две дозы.
— Откуда ты это знаешь? — произносит медленно и поднимает брови вверх.