К счастью, никому не видно, как я несказанно этому рада…
— Ты что-то долго! — мама возмущенно поджимает губы, окидывая меня рентгеновским взглядом. Она заставляет меня подняться и покрутиться на месте. Чувствую себя каким-то выставочным экспонатом. — Это убрать, — тычет пальцами с идеальным маникюром на ленту в моем платье, — и вот это. Что за похабщина! — на мгновение хмурит свои ровные брови. А потом спохватывается. Ну да… естественно, ведь это может привести к морщинам.
Я стою, безвольно опустив руки вдоль тела. Мне сейчас всё равно, что со мной происходит. Пусть хоть в Харли Квин меня нарядят. Безразлично.
Папа до сих пор так и не набрал, не объявился.
От мамы я знаю, что он приедет позже. Выкроит из своего графика пару часов для дочери.
Ну да… ведь предстоящие выборы куда важнее…
— Эндрю приехал? — мама грубо поднимает мой подбородок и ищет ответ в моих красиво накрашенных глазах.
Слегка пожимаю плечами.
Я не знаю. Друг сегодня утром набрал меня, поздравил. На этом всё.
Мы с ним не настолько близки, чтобы полдня висеть на телефоне. Правда, через некоторое время мы будем самыми близкими людьми на свете, после родителей — супругом и супругой.
Я погружаюсь в свои думы.
Не могу выкинуть из мыслей поступок папы. Наверное, у него на работе всё настолько плохо, что он трудится, не поднимая головы. Он ведь старается для нас…
А я такая плохая дочь, что не могу и потерпеть немного.
Становится стыдно. Я — эгоистка, думающая только о своем личном благе.
— Теперь хорошо, — вырывает меня в реальность голос мамы.
Она склоняет голову и рассматривает меня с прищуром. Потом кивает, явно удовлетворенная тем, что видит.
Протягивает мне кольцо, которое я снимала, пока мне делали маникюр — изящный френч.
Я надеваю свой бриллиант и впервые бросаю на себя взгляд в огромное зеркало. До этого мне было совершенно безразлично.
Нежно-пудровый подол пышной юбки из нескольких слоев фатина смотрится и мило, и утонченно одновременно. Юбка полностью закрывает мои изящные туфли. Сверкающий лиф корсета в стиле nude с вырезом «сердечко» расшит камнями и пайетками. Длинные волосы зачесаны на одну сторону, открывая ушко. Массивные камни дорогих сережек перекликаются с верхом моего платья, создавая цельный и красивый образ.
Я тихо вздыхаю.
Если бы не эта ситуация с папой, я была бы наверное самой счастливой на свете. Ладно, если бы сейчас вместо улыбающегося Энди ко мне подходил хмурый Райан — тогда бы точно я была счастливой.
— Привет, красавица! С Днем Рождения! — приобнимает меня Эндрю, выдыхая свое восхищение в мою прическу. — Ты сегодня неотразима, — в глазах друга читается восхищение.
Он протягивает мне маленькую коробочку с логотипом известного ювелирного дома. Я ставлю его подарок на стол, едва приоткрывая. Говорю спасибо и, положив руку на локоть Энди, спешу за ведущей нас к выходу мамой.
— Тебе вовсе не обязательно со мной тут стоять, — шепчу я другу едва слышно.
Мы с ним стоим на входе, приветствуя приезжающих гостей. Выглядим как гармоничная пара — рубашка Энди в тон моей пудровой юбке. Смотримся мы идеально.
И оба это знаем.
Мама ставила нас возле одного из зеркал, чтобы мы смогли оценить их с миссис Рочестер усилия, по дороге к этому месту.
Энди тихо вздыхает.
— Сама знаешь что это не так. Мы
Я на мгновение опускаю голову. Поджимаю губы.
— Ева! С Днем Рождения! Милая! Вы с мистером Рочестером выглядите просто великолепно! — к нам подходят очередные гости. Родительские гости. Ведь моих здесь нет. Мама даже Кайю запретила мне пригласить. А ведь я была бы рада, если бы моя новоиспеченная подруга разделила со мной эту скуку.
— Папа так и не приехал, — шепчу я Энди, едва мы с ним ненадолго остаемся одни.
— Мистер Ловато занятой человек. Тебе-то не знать, — серьезным тоном тихо успокаивает меня жених. — Он скоро обязательно приедет.
Я киваю.
Я тоже на этого надеюсь. Надеюсь, что скоро.
Натягиваю на лицо улыбку, ощущая, как рядом со мной то же делает и Энди.
Мы — дети, выросшие на публике. Умеем нравится людям. Умеем подавлять свои чувства.
По крайней мере — внешне…
Наконец-то это мучение под названием встреча дорогих (причем — в буквальном смысле) гостей заканчивается.
— Пойдем выпьем? — предлагает Энди. Моему жениху исполнилось восемнадцать несколько месяцев назад.
— Иди. Я сейчас подойду, — отрицательно махнув головой, спускаюсь по мраморным ступенькам.
Хочу затеряться где-то в саду и снова попробовать набрать папу.
Захожу в белеющею в темноте беседку и, подобрав подол, усаживаюсь на каменную лавочку. Я не переживаю о том, что здесь может быть грязно или пыльно. У нас хорошо убирают. Даже те месте, где мы за год можем ни разу и не появиться.
Дрожащими пальцами убираю блокировку. Нажимаю на вызов и с замиранием сердца жду ответа.
Его нет. Ни через гудок, ни через десять.
Глубоко дышу, чтобы успокоить колотящееся сердце. Прохлада вечернего, кое-где подсвеченного дизайнерскими светильниками сада немного помогает.
