И я снова впал в долгое раздумье, не зная, как ответить. Но в этой связи решил довериться сердцу, как оно мне подскажет?!
– Не был.
Мне так стало стыдно смотреть ему глаза.
– Ты плачешь, – будто видел Антон.
– Я не плачу, – ответил я спокойно, приложив руку к подбородку.
– Я не о слезах, а о твоей душе – она плачет.
Антон этим меня раскусил. Все так и было на самом деле! Его голос уже слегка чувствовался поддатым, но он решил еще глубже «капнуть» в подробности моей личной жизни:
– А почему ты считаешь, что не был счастлив?
– Ты издеваешься сейчас?..
– Почему? Нет.
– Я говорил несколько минут назад – не было никакой любви!
– Ну понятно. Ты переспал с другой, но как так? Если это случилось, значит ты до этого уже расстался с Леной?
– Ты угадал, но не совсем точно!
Антона я серьезно нагрузил последним сказанным.
– То, что произошло, стало роковой ошибкой, самой глупой, самой гнусной, – продолжал я жалеть о давнейшем. – В то утро мы сильно поссорились, да так, что я был уверен: в предстоящий вечер она объявит о разрыве. Целый день ей звонил. Она не отвечала или отклоняла. Сообщения не прочитывала. У меня тогда на работе была тусовка по случаю юбилейной даты основания студии…
– Какой студии? – перебил Антон.
– Фотостудии!
Он уставился на меня, будто опять не верит моим сказанным словам.
– Да, я был фотографом. Короче со Светой я был знаком несколько дней и на тусовку она пришла совершенно случайно… – объяснял я вкратце. – И как оказалось, она была в меня влюблена.
– А как она оказалась на вашей рабочей тусовке? Она твоей коллегой была?
– Нет, это долгая история – произнес я разочарованно.
– Давай рассказывай, – потребовал друг. – Я даже пожертвую рейсом – полечу позже.
– Хорошо. Дело произошло в мае, воскресенье это было. У Лены был день рождения. Я тогда и аппаратуру новую купил! …
Конец мая. 2023 год. Московская область.
– Рано в этом году листья распустились… – сказала Лена.
– Нее, в самый раз, – не согласился я с ее доводом. А сам был занят наведением фокуса на объективе.
Мы редко, в теплые месяцы года, оставались на выходные в Москве. Проводить отдых там – было невозможно, среди шума и гула транспорта, бесконечного потока людей. Столице хватало своего коренного населения, а тут и мы, с регионов обосновались! Я работал по-разному – то два через два, то день через день, – по-всякому. А последние полгода работаю пятидневку, также, как и Лена в детском саду. Но, чтобы быть вместе в субботу и воскресенье, я конкретно «сел на уши» Семену Алексеевичу, – руководителю нашей студии, предложив, что готов работать с понедельника по пятницу. Я особо не ощущал дискомфорта на себе по жизни в Москве, а вот Лена, за два года постоянного нахождения, никак не могла привыкнуть – то спать не может, то тошнит, то голова болит.
– Ты случаем не беременна? – шутил я порой над ее жалобами.
Обоим было уже по двадцать пять, у меня еще в январе прошел день рождения, а у Лены как раз сегодня! В эти выходные, мы приехали сюда уже по особому поводу. В свое поселение я и не думал заезжать, разве что только бывал на могиле родителей. Приезжали мы в простую деревню. Что про нее сказать? Ну, во-первых, здесь жили родители Лены – замечательные люди, довольно дисциплинированные в трудовом соотношении. Мать работала заведующей в деревенском магазине, а отец – рабочий на местной лесопилке. Во-вторых, деревня была спокойной и была тому причину – она стремительно, с каждым годом, теряла свое население. Жизнь для молодых, здесь считалась непригодной – работы нет, школа в разрушенном состоянии, дети и подростки ездили в соседние поселения или города, чтобы получить начальное и среднее образование. До ближайшего госпиталя было не меньше тридцати километров. Районный центр был еще дальше, этак раза в два. Мария Григорьевна и Борис Николаевич еще и сами считались молодыми людьми, им и не было пятидесяти. Но уезжать отсюда, – они не под каким предлогом не хотели. И наконец, в-третьих, жить в столице – «тесть» и «теща» не смогли бы, это показал случай, когда они приезжали к нам на прошлый Новый год и еле-еле смогли перекантоваться одну ночь, хотя планировали побыть неделю. Мы обрадовались их приезду, но не задалось, отец Ленки, за ночь, весь изворочился: «туда-сюда». С горем пополам он смог уснуть только к шести утра. А мать, уже будто зная, что не сможет сомкнуть глаза – всю ночь просидела за планшетом.
Лена, как и я, очень любила природу, сосновый бор, местный деревенский карьер, у подножия которого виднелись высокие сосны. В тех местах, я постоянно устраивал для нее фотосессию, только для нее одной. Празднование провели широким кругом, в лице, наверное – половины деревни. На столах что только не было: салаты, закуски, запеченные поросята, вино, самогонка. Танцы, пляски, светские беседы и споры, которые перерастали в мирный скандал.
– Женек, пойдем покурим! – позвал меня Борис Николаевич.
Лена как-то умудрялась, среди шума гостей и играющей попсовой музыки на весь участок, о чем-то разговаривать с матерью.
