– Она у тебя симпатичная…Только не обижайся: на тебя она не очень похожа.
– Пфф… да какие обиды! Я считаю логичным, когда девочка больше похожа на маму, как и сын на отца.
– А у тебя еще и сын есть!? – восхитился Вершинин.
– Нет, только дочь, – снова я обратил на него взгляд. – Приехали…
– Ммм, симпатично тут, – оценил Антон окружающую обстановку.
Рядом, в близкой доступности располагался Новодевичий монастырь, в нем же присутствовал старинный некрополь, где покоились знаменитости из многих профессиональных сфер. Это были люди, сыгравшие огромную роль в истории нашего государства: культуре, политике, строительстве, науке… Виднелся стадион «Лужков». Он был переименован в день столетия второго мэра Москвы, а чуть подальше, на Воробьевых возвышенностях, виднелся главный университет страны – МГУ.
– Да-а, мне тоже это место нравится!
– Ну ты в целом, сам как? Что изменилось? Надеюсь в лучшую сторону? Хотя почему «надеюсь»? Я уверен, что у тебя все хорошо…
– Сейчас сделаем заказ, и я тебе все расскажу.
То, что я собирался ему рассказать, даже не знаю: может после этого он просто встанет и уйдет, предпочтя не видеть меня дальше. Может даже в морду даст! Он, смотрю, по телосложению выглядит отлично, нежели тех времен, когда был дохлым и конченым алкоголиком.
Мне было важно выговориться. Антон сейчас передо мной, будто психолог, может даже больше! Только он один в данный момент знал, какая была моя жизнь в юности, может и с заботами, но счастливая в любви. Именно он поймет, что я буду ему рассказывать, какой ад я переношу в виде пожизненной душевной боли.
– Евгений Дмитриевич, добрый день! Рады снова Вас видеть, – поздоровался подошедший официант к нашему столику. – Здравствуйте, – поздоровался он отдельно с Вершининым.
Антон молчаливо кивнул.
– Я пока подумаю над заказом, – принял я меню. – Антон, ты как? Сразу?
– Подойду к вам тогда через пять минут… – предупредил официант.
– Я смотрю ты здесь уважаемый старичок, – пошутил Вершинин, еще не открыв книгу.
– Да какой уважаемый? Частый гость просто. Еще с женой сюда ходил.
– Да, кстати, в честь такой встречи, угощаю… – настоял Антон.
– Это еще в честь чего? – возмутился я на услышанное.
– У тебя же юбилей был… – произнес он спокойно.
– Ой, ну был и был. Дай мне кстати твой паспорт…
– Зачем? – придал он своему лицу непонятливый вид.
– Может ты не Антон, угадал случайно мое имя и стал подыгрывать тут, – пошутил я, определившись, что буду заказывать.
– Ага-а…и имя твое угадал и адрес своего родного дома. На, держи, – подхватил он мой юмор и дал паспорт.
Паспорт я попросил, конечно, не по этой причине. Мне было жутко стыдно, признаться в том, что забыл, когда он празднует «семьдесят лет». И к тому же, интересно посмотреть, как он выглядел в сорок лет.
Новая власть, среди десятка реформ, провела и паспортную, изменив, для замены документа, возрастные критерии. Меняли в три этапа: в двадцать, в тридцать и сорокалетнем возрасте, а далее бессрочно, если не потеряешь или не надумаешь менять данные.
Юбилей, оказывается, Антон уже отметил как два месяца назад. Да, точно, день рождения у него в двадцатых числах апреля! Как я мог такое забыть?
– Держите Антон Владимирович! – с некой торжественностью вернул я ему паспорт.
– Благодарю Вас, Евгений Дмитриевич! – кивнул он и убрал документ в ту самую кожаную сумку.
– Это что у тебя? – увидел я торчащий кусок бейджика из нагрудного кармана его рубашки. В самом верху пластиковой карты виднелось, только наполовину, наименование, то ли кампании, то ли мероприятия?..
– Ничего особенного, – понял Антон, про что я его спрашиваю. – У нашей организации проходил трехдневный форум в Туле. Собственно, если разговор начался, то пусть он начнется с меня…
Я внимательно слушал друга, а он, буквально с каждого рассказанного предложения, удивлял меня все больше и больше. Я не думал, что его жизнь, могла так измениться! Вот уже более десяти лет он являлся исполнительным директором «Национального центра по компьютерным инцидентам». В задачи конторы входило не только предотвращение, но и защита ведущих систем в государстве от киберпреступников. Главное управление располагалось в Новокузнецке, а в Москве, Санкт-Петербурге – филиалы.
Часть, рассказанных подробностей о работе, – прошла мимо моих ушей. Термины, которые он озвучивал, я слышал, но не знал их точного определения. Прожив шест с половиной десятков, я ничего не слышал об той организации. Больше всего мне было интересно одно: «Как он сумел так перебороть себя и начать жить по-другому?!». Ведь то, чего добился он, не могут достичь даже некоторые самые продуктивные и предприимчивые люди! На этот вопрос, он ответил кратко: «Многолетнее служение и уверенность в себе!
– Надежда Михайловна была бы рада за твои грандиозные успехи!
– Да какие успехи?! – отмахнулся Вершинин. – Она кстати дожила до этой поры. В прошлом году её не стало, «возраст» – сам понимаешь…
– Это получается ей было…аа…ммм…
– 94 года, – избавил он меня от непростого подсчета. – В сентябре должен как раз юбилей быть…
– Что-то выбрали? – снова подошел официант.
