— Я сейчас, — сказал не своим голосом, а потом направился обратно. Туда, где Разумовский с гаденькой улыбочкой на него поглядывает, Филимонову вроде как загораживая, но так, чтобы видно было — что за гостья у них в школе.
Андрей подошел, не церемонясь, не обращая внимания на то, что они практически напротив двери директорского кабинета стоят (случайно ли?) взял Разумовского за шкирки, притягивая его лицо к своему.
В коридоре стало тихо-тихо… Все замерли…
— Какого х*ра
— Я пригласил. Мы дружим. Ты же мою партнершу танцевальную травмировал, вот я к Алисе и обратился за помощью. Попросил, чтобы она со мной на репетиции походила, пока бедняга оклемается.
Катя смотрела на напряженную спину своего такого счастливого еще пару минут тому парня и чувствовала, как сердце рвется на клочья. Хотелось вот так же подойти к этой стерве и за патлы оттаскать. За все хорошее. А особенно за то,
— Если еще раз увижу
Андрей соскользнул взглядом с лица Разумовского на Алисино. Будто ножами в сердце ковыряется. Да он за такой взгляд еще недавно жизнь отдал бы. А теперь… надо держаться. Девушка все же…
— А тебе я все сказал уже. Я умер. А ты живи.
Развернулся, вновь пошел к замершей компании. Остановился рядом с Катей, хотел снова за руку взять, да почему-то замер на расстоянии сантиметра от ее пальцев. Самойлова будто в режиме замедленной сьемки наблюдала за тем, как он тянется к ее руке, тормозит, глядя на почти свершившееся переплетенье пальцев, девушка уже его тепло ощущала… но он взгляд через плечо бросил, на эту… Отдернул руку и пошел в класс, не оглядываясь. Ни на Катю, ни на Алису.
— Идем, Коть… Идем, — Катя так и осталась бы стоять, глядя вслед, если бы Вера ее к жизни не вернула. Улыбнулась неловко, взяла под локоть, потянула за собой. — Ты только не злись на Андрея, у него стресс, наверное. Это ж надо было учудить… Вот Никита козел, конечно… Не подходи даже!
Вера вдруг голос повысила, оглядываясь.
Катя толком и не поняла, в чем дело, но потом тот самый Никита к ней с другой стороны подошел, за плечо придержал, склонился к уху, шепча:
— Ты все поняла, Самойлова? Парню твоему по-прежнему по поводу этой куклы крышу рвет. Не влюбляйся в него сильно. Больно потом будет… Очень больно…
— Отойди от нее, тебе же сказали! — Саша толкнул Разумовского, глядя на него хмуро. — Ну ты и…
— Кто, друг? Кто? — Никита же всеобщего настроения явно не разделял. Пятился, глядя на компанию с улыбкой, руки поднял даже, будто признавая поражение, а по факту… Он уже сделал все, что хотел. Испортил день, а то и жизнь.
— Гнида, — и дружбу.
Саша глянул на Никиту в последний раз с отвращением, а потом повел девочек в класс, больше не оглядываясь…
Никита же проводил их взглядом, ухмыляясь, а потом снова к Филимоновой вернулся, они вместе из школы вышли, под удивленный взгляды направились к калитке…
— До сих пор не понимаю, почему на это согласилась… Он бешенный какой-то… Пипец просто…
Алиса поглядывала на Никиту с возмущением, но он на это особо не реагировал — сам был не в духе.
— Это не меня он в Мессенджере заблочил, знаешь ли. Исполнила бы свою часть уговора нормально — мы бы уже катались как сыр в масле.
— Ты катался бы. С блондой этой. А я уже устала фигней страдать…
— Слабо, да? Не по зубам Андрюха оказался? Ну-ну… А такая самоуверенная ходила… — Никита знал, куда бить. Что в случае с Андреем и Катей, что с Алисой.
— Все мне по зубам, просто… ставки надо бы повысить. Не хочу за спасибо такими глупостями заниматься…
— Да как-то пока не вижу, за что повышать… Ты же не сделала нифига. Весь выхлоп в том, что он тебя забанил везде, где только мог. А я вот такой результат хочу. Понимаешь? Чтобы он сдыхал, а она сомневалась.
Алиса понимала. И сама тоже бесилась. Думала, все будет элементарно, а оказалось, что Андрей действительно изменился. Одно в нем осталось прежним — он отчаянный.
— Ладно, что дальше делаем?
Они остановились за воротами школы, чуть сбоку, говорить пытались тихо…
— Надо вам случайную встречу организовать. Без Кати, наверное. Но только ты уж постарайся, чтобы он тебя и там на*ер не послал…
Алиса фыркнула. Не пошлет. Ни один не слал еще, и этот не станет.
— А переписка?
Разумовский задумался, не сразу ответил.
— Пытайся наладить. Если не выйдет — я этим сам займусь. Скрины делаешь?
Девушка кивнула.
— Уже хорошо, хоть какой-то толк…
— Не борзей. И я оставляю за собой право поменять условия сделки.
Никита не ответил, отмахнулся, возвращаясь к школе. До ее условий парню было фиолетово. Она все равно не попросит больше, чем стоит его удовольствие в моменты, когда Веселова так колбасит… Наконец-то удовольствие…
