— Позвольте мне объяснить, сэр, — прервал его Келли. — Судя по аэрофотоснимкам, у нас нет оснований думать, что между местом высадки и целью есть люди. В этих холмах нет сельскохозяйственных поселений. Понимаете? Но для сегодняшних учений я решил устранить четырёх солдат из штурмовой группы. Будем считать, что они сломали в темноте ногу. Их пришлось внести в лагерь и затем вынести к спасательным вертолётам — если вы не заметили этого. Дублирование необходимо во всем. Я рассчитываю, сэр, что операция пройдёт без потерь, но сегодня я намеренно внёс в её проведение дополнительные трудности, чтобы убедиться, что это ничего не нарушит.
Риттер кивнул. Объяснения Келли произвели на него большое впечатление.
— Я ожидал, что учение будет проводиться строго по правилам.
— В боевых условиях возможны всякие неожиданности, сэр, потому я и предусмотрел это. Каждый солдат в штурмовой группе может заменить любого другого специалиста, если тот не сможет выполнить свои обязанности, — так велась подготовка. — Келли потёр нос. Он тоже нервничал. — Вы только что присутствовали при успешно проведённой учебной операции, несмотря на то, что в её ходе возникли осложнения, которых мы не ожидаем. Операция пройдёт успешно, сэр.
— Мистер Кларк, вы убедили меня. — Сотрудник ЦРУ повернулся к остальным:
— Как относительно медицинского обеспечения?
— Когда «Огден» присоединится к тактической группе ТФ-77, мы перебросим на него медицинский персонал, — объяснил Максуэлл. — Каз сейчас направляется туда, чтобы произвести необходимый инструктаж. Командир ТФ-77 — один из моих людей, и он выполнит все указания. «Огден» — очень большой корабль, и там разместятся все, кто понадобится после завершения операции, — врачи, сотрудники разведывательных служб и тому подобное. Корабль отправится от берегов Вьетнама прямо в Субик-Бей. Оттуда мы перебросим штурмовую группу и спасённых военнопленных на базу ВВС в Кларке. С того момента, как спасательные вертолёты взлетят от лагеря, и до прибытия в Калифорнию пройдёт... четверо с половиной суток.
— Ну хорошо, эта часть операции выглядит нормально. Как с остальным?
На этот вопрос ответил адмирал Максуэлл:
— Вся оперативная группа во главе с авианосцем «Констелейшн» обеспечит поддержку. «Энтерпрайз» будет находиться дальше к северу, в районе Хайфона. Это привлечёт внимание их противовоздушной обороны и командования. Крейсер «Ньюпорт ньюз» направится вдоль побережья, подавляя зенитные батареи противника в течение нескольких ближайших недель. Он будет вести массированный обстрел, не придерживаясь какой-то определённой последовательности, совершенно произвольно, и участок операции станет пятым. «Ньюпорт ньюз» располагается в десяти милях от берега. Батареи противовоздушной обороны находятся в пределах досягаемости для его орудий главного калибра. С помощью артиллерийского обстрела и поддержки с воздуха мы пробьём коридор в противовоздушной обороне, и вертолёты получат возможность пролететь к лагерю и вернуться обратно. В общем, действия будут вестись настолько активно, что враг не должен заметить проведения операции, пока она не закончится.
Риттер кивнул. Он подробно ознакомился с планом, и ему хотелось только выслушать мнение Максуэлла — понять, как относится к нему сам адмирал. Максуэлл говорил спокойно и уверенно, намного увереннее, чем рассчитывал Риттер.
— И все-таки операция является очень рискованной, — произнёс он после короткой паузы.
— Это уж точно, — согласился Марти Янг.
— А насколько рискованно для нашей страны, если военнопленные в лагере расскажут все, что им известно? — задал вопрос Максуэлл.
Келли не хотелось принимать участия в этой части обсуждения. Опасность для Америки была чем-то, что выходило за пределы его компетенции. Сфера его действий ограничивалась небольшими подразделениями — за последнее время она снизилась даже ещё больше — и хотя благополучие и обороноспособность страны основывались в первую очередь именно на таких как он, важные вопросы вроде того, что сейчас обсуждался, требовали кругозора, которым он не обладал. Однако Келли не мог незаметно удалиться, поэтому стоял, слушал и учился.
— Вам нужен честный ответ? — спросил Риттер. — Тогда скажу — никакого риска.
Максуэлл выслушал его со спокойствием, за которым скрывалось негодование.
— Может быть, объясните подробнее, сынок?
— Адмирал, это проблема перспективы. Русские хотят узнать о нас как можно больше, а мы хотим узнать как можно больше о них. Ну хорошо, этот полковник Закариас может рассказать им о планах командования стратегической авиации, а другие военнопленные — о многом другом. Поэтому мы меняем наши планы. Вас беспокоят стратегические соображения, верно? Так вот, начать с того, что эти планы меняются каждый месяц. А во-вторых, неужели вы думаете, что мы когда-нибудь захотим осуществить их?
— Такая необходимость может возникнуть.
Риттер сунул руку в карман в поисках сигарет.
— Адмирал, вы хотите, чтобы мы осуществили эти планы?
Максуэлл выпрямился.
