Бездна, полная звёзд полностью

 —  Да. Раздевайтесь до пояса,  — доктор казался растерянным и смущённым. Хотя таким полагалось быть мне.

Я скинул рубашку свободного кроя, оставшись в брюках. Мой наряд был похож на форму для занятий карате.

 —  Ложитесь на спину и расслабьтесь. Чуть поколет и всё, только не дёргайтесь!.

Кушетка справа от окна моментально подняла меня на высоту, чуть больше полутора метров. Кожа на спине покрылась мурашками. Чёрный пищащий спичечный коробок, выложенный доктором на мой живот, медленно ползал по часовой стрелке вокруг пупка. С каждым кругом прибор увеличивал радиус. Действительно, было неприятно. Вспомнилась первая” Матрица”. Неожиданный укол в правое подреберье заставил вздрогнуть.

 —  Современная медицина не научилась читать мысли? – спросил я с опаской и улыбкой, стараясь скрыть нервозность.

 — Нет, а вы хотите что-то скрыть?

Вилли уставился на меня с подозрением. Пошутил, мать твою!

 — Страх и дискомфорт.

 — Ну, это к Алине, я занимаюсь телами, а не душами. Принимаете, какие-либо препараты?  — вернулся прежний рассеянный доктор.

 — Сэлин один раз в неделю по две таблетки,  — доктор что-то записал на мониторе. Я сказал почти всю правда. Пирогенал упоминать не стоило, я ведь собирался его украсть!

 — У вас недавно была трансплантация печени?

 — Полтора месяца назад.

 — Температура внутренних органов повышена. Нетипично, однако. Вы ничего не скрываете от меня?  — доктор сверлил меня холодным взглядом.

Я промолчал, чтобы не сболтнуть лишнего и только отрицательно мотнул головой.

 — Хорошо. Вставайте,  — Вилли убрал анализатор, прибор оставил на моей коже неприятный холодный след.

Я быстро оделся, чтобы как-то согреться и немедля покинуть смотровую. Мне казалось, доктор всё знает про пирогенал и лишь ждёт удобного случая, чтобы уличить меня в попытке кражи со склада.

 — Ещё один левша, интересно,  — пробормотал он.

 — Что, простите?

 — Так, пустяки. Я тоже всё делаю левой рукой. Два левши на одном Оке - небывалый случай. Сейчас в Аталье не найти и двадцати таких, как мы. Моя сестра тоже левша. Должно быть, будет необыкновенная вахта,  — серые глаза Вилли теперь смотрели на меня с выражением дружелюбного снисхождения. Так старший товарищ поглядывает на молодого, “как много ты ещё не знаешь” называется этот взгляд. Наверное, ему лет пятьдесят. В общем, Вилли мне понравился, и я окончательно успокоился.

 — Она тоже работает на Оке?

 — Кто?  — рассеянный взгляд скользнул мимо моего лица.

 —  Сестра, которая левша.

 —  А, нет,  — он отвернулся и спросил резко:  — Что министерство хочет от нас?

 — Представьте себе, не в курсе. Я - лишь помощник руководителя.

 — Хорошо бы, коли так,  — медленно, как бы нехотя, доктор посмотрел на меня снова. – Вам пора. Если появятся жалобы или изменения в самочувствии, вы обязаны мне сразу сообщить. Но, конечно же, вам это известно. Рад полному вашему здоровью. Будьте как дома!

Я прошёл визит инициации. Осталась малость: выяснить, где доктор хранит медикаменты. И подменить незаметно пирогенал. Зелёный светильник за абажуром заговорщицки подмигнул.

Похоже, обмануть мне здесь никого не удастся, все знали, что я – шпион министерства. И как мне выполнять сою задачу? Обе задачи?

***

Пробил час икс! Было двадцать минут двенадцатого. Пора было иди «на ковёр» к начальству.

Кабинет Рэнга был пропитан духом минимализма. Четырёхстворчатое окно во всю стену заливало комнату естественным светом, который лишь подчёркивал аскетизм её хозяина.

Я бы с удовольствием рассмотрел обитель разума Ока 3, но сейчас мне было, мягко сказать, не до этого. Я был словно провинившийся первокурсник перед деканом! Рэнг сверлил меня недобрым взглядом, словно прикидывал, стоящий ли я противник или просто картонная фигура министерства.

 — Итак, если вкратце, то слушайте,  — произнёс он наконец.  — Наивно полагать, что я допущу вас до файлов по программе вот так, сходу. Это была бы даже не самонадеянность, а чистое безумие!

Александр с порога кабинета обозначил границы дозволенного. Он расслабленно стоял у окна, расставив ноги, спиной ко мне, словно этот разговор - тяжкая необходимость. Так оно, и было, по крайней мере, для меня.

 — Сразу обрисую правила поведения в Лаборатории: во-первых, ничего не делать без моего приказа, во-вторых, демократия не приветствуется, так что идеи и мысли держите при себе. В - третьих, никакой внешней связи. Здесь свой мир, мы выполняем общую задачу, никаких внешних воздействий я не потерплю!

Александр сделал паузу и продолжил:

 — Но главное, вы не будете иметь никакого официального признания. Это мои проект и разработки! При должном усердии и пользе, возможно, упомяну ваше имя в какой-нибудь статье.

Он замолчал и повернулся, наблюдая за моей реакцией, как энтомолог за приколотым к доске жуком. Я бесстрастно смотрел на падающие за окном белые хлопья и старался не показать, что боюсь его.

 — На этом всё. Вопросы есть?

 — Нет.

Александр медленно приблизился почти вплотную. Я был вынужден посмотреть в его глаза, но тут же опустил взгляд.

 — Они обязательно появятся, поэтому только что я дал на них исчерпывающие ответы.