Бездна, полная звёзд полностью

Главное слово, описывающее моё нынешнее положение, было «беспомощность». Я был слаб не только физически, но и морально и совершенно не представлял, что может меня спасти. Мы находились на отдалённой станции в морозной пустоши, которая когда-то была равниной Альфёльд с протекающей рекой Тиса. У Александра оставались сообщники, в отличие от меня. Я проиграл по собственной глупости и наивности, воображал себя умным и забыл, на чьей территории нахожусь. И что, загнанный в угол, даже самый миролюбиво настроенный зверь становится опасным хищником. От злости на самого себя я закусил с силой нижнюю губу, к тому времени руки уже онемели, ног не чувствовал вовсе. Вспомнилась Еву и её улыбка! Жаль, что больше мы не встретимся!

 — Времени у меня немного, поэтому не будем терять его на праздные разговоры,  — начал Александр. В руках он держал непрозрачный тёмный мешок-пакет с выступающими очертаниями каких-то небольших предметов. Первой появилась самоклеящаяся плёнка: что-то среднее между изолентой и скотчем. Кричать я бы и не смог при всём желании.

 — Это вы! – еле сказал я. Голос был надломленным и сиплым.

 — А ты ждал кого - то другого? Полно нести бред.

 — Подождите,  — задыхаясь, промямлил я. – Когда вы узнали, что я в курсе?

Это было всё, на что меня хватило.

 — Шпион министерства на Оке - не тайна,  — присел он в кресло, откинувшись назад.  — Что тебе пообещали? Мое место?

Я покачал головой.

 — Да это и не важно! Всю жизнь сознавать свою уникальность и жить в обществе ничтожеств чертовски обидно! Соревноваться не с себе подобными, а с посредственностями из министерства! Это ли не жалкая судьба! Смерть Загорски - лишь эпизод, ничего не меняющий в масштабе даже Эллиона. «С чего вдруг такой шум?»  — подумал я. Но министерство не успокоилось: приехал соглядатай, весьма неплохо подготовленный. Досье изучил тщательно, наверное. Учитель помог? Нет, наверное, наставница. Теперь, ясно: хотел заслужить благосклонность дамы! Стоило ли из-за девки, чтобы затащить её в постель, так рисковать?

Он засмеялся, довольный собой:

 — Сейчас расскажу, что было дальше. Должно быть, допустили тебя не сразу, дали шанс проявить себя. И ты с готовностью приступил к вынюхиванию, с самого первого дня! Но ничего не получалось! Что же изменилось после? Библиотека, должно быть. Там он спрятал дневник? Не отвечай, и так ясно. Наверняка, зашифровал. Именем. Хоть не своим? А впрочем, болван он и есть болван! Сам разгадал шифр? Ну-ну, конечно. Не сразу. После смерти Родда. Вилли подумал, что его раскрыли. Вот к чему приводит поспешность! Надо было ему сначала поставить меня в известность. Загорски решил присвоить сигнал. Думал, я не распознал его. Так и было вначале, но я понял ошибку. Родд доложил мне о том, что кто-то пытается активировать “Маску”. Вызов с Атальи решил всё. Ну не мог я просто его выпустить! Однако, несмотря на неприязнь, дал ему последний шанс покаяться.

Я нахмурился. Покаяние Алика его бы не спасло.

 — Впрочем, ладно, не будем лгать. Конечно, я знал, что он не отступит. Вечером Вилли не смог ввести антидепрессанты, Загорски сделался крайне подозрительным. А обаяние Николь сработало. В, конце концов, эта женщина искупила одной ночью другую. Спящего уколоть не сложно.

 — Вы разрушаете: Око, проект и жизни людей!

 — Разрушаю, безусловно. Думаешь, они все - случайные и безвинные жертвы? Отнюдь! Каждый из них совершил преступление, и совершил бы ещё, дай ему повод!Всё они понимали: и риск, и на что идут! Если бы я мог решить проблему иначе, никто бы не умер. Но так не бывает, жертвы порой необходимы.

 — Это всё из-за открытия? Вы просто тщеславны, в этом дело!

 — С твоим крошечным интеллектом невозможно беседовать о значимости сигнала для Эллиона.

 — Вы просто хотели, чтобы благодарное человечество пело дифирамбы именно вам!

 — Заметь: заслуженные годами упорного труда,  —  после секундной паузы он продолжил.  —  Не только. Что мог это ничтожество Алик? Расшифровать другие сигналы? Они есть, я уверен. Да, я разрушаю одно, но взамен создаю другое, более ценное!

 — А как объясните очередную смерть? Два помощника в столь краткий промежуток времени – очень подозрительно!

 — В министерстве мало одаренных и много ограниченных,  — проговорил Александр презрительно, на повышенных тонах.  — Ты сам не оставил мне иного выбора. Думал, можно шпионить и вынюхивать безбоязненно? Сколько я перевидал таких: амбициозных и глупых. Тебе не повезло: у Вилли сдали нервы. Зачем ты ходил в лазарет? Напугать хотел, шантажировать?

 — Нельзя скрыть убийство трёх людей!