Здесь шепчутся: ночами не ходи,Задушена соседская собака.Что новое щекочется в груди,Что старое так хочется оплакать.И снежную легко взметая пыль,Карьерные грохочут самосвалы.В окне чердачном бьётся нетопырь,И тянет стылью шелест из подвала.И облака ползут, олоскутев,Луна, мигая, щупает проулок.Но кто-то же приходит в темнотеИз леса за казачьим караулом.Мирись-мирись и больше не дерись.Мир кончился, а нам и не сказали.Внимательно за нами смотрит рысьИ светит с ветки жёлтыми глазами.<p>«Мёрзлая тишина мерным собачьим лаем…»</p>Мёрзлая тишина мерным собачьим лаемДелится на отрезки.Сердце, уймись, прошу.Угольный терпкий дым будто бы осязаем.Соснам качает кроны маетный ветер.Шум.Дышится так легко хвойным кусачим снегом.Мне бы исчезнуть вовсе.Под фонарём бело.Тропками между звёзд – и к моему ковчегу.Слышишь меня?Я слышу.Спрятало.Замело.<p>«дом прячется в чудесных мелочах…»</p>дом прячется в чудесных мелочах:он в сладком чае из любимой кружки,в посыпке на верхушке куличаи в клеточках истрёпанной ночнушки.он – в запахе корицы и хвоиˆ,и в приглушённом звяканье посуды.проснулся, слышишь, и тепло – свои.я здесь. я жив.я был.и вечно буду.<p>Семья</p><p>«Каждого ждёт своё…»</p>Каждого ждёт своё,Или suum cuique.Счастьем и божеством с кровью, под кожу, в ликворВпрыснут и растворён кто-то один – любимый —Блеском и серебром,А остальные – мимо.Высшее существо в разных живёт обличьях:– Мягким и меховым ласково в тон мурлычет;– Строит в неровный ряд войско своих игрушек,Пробует ножкой рябь ласковых снов из плюша;– Греет, пока горит именем на экране;– Сходит на алтари, милует и тиранит,Милость являет в храм в душах чинить прорехи,«Грешник! Нельзя! Харам!» – пальцем грозится сверху;– В сердце, в стихах, в сети, в книгах, на аналое,В красных углах квартир —Дышит оно, живое.Омут забот глубок, даже и не измерить.Кто человеку Бог?Кто человеку вера?Чары и чудеса милуют благодатью, каждыйрешает сам —Солнце?Семья?Создатель?<p>«Бабушка рассказывала…»</p>
