Ох, ёженьки… Как же так? Открывшееся взгляду мгновенно роняет меня с небес на землю. Размечтался, дурак. Так гахары тебе и дали убить своего пленника. Только зря себя мучил. Если то, если это… Забываю про прежние планы — и в лес. Буду прятаться, буду на дерево лезть, буду засаду устраивать… В общем, не знаю, что буду делать, но что-то мне делать придётся. Делать что-то другое. Корабль отогнан за риф — мне его не достать. Я не Ло — мне с гахарами, ни умом не тягаться, ни хитростью… Да и силой оружия я здесь тоже ничего не добьюсь.
Смирись, Китя. Тут тебе лишь Единый способен помочь. Лишь удача, которая уже ни раз тебя выручала. Борись и надейся на чудо. Других вариантов здесь нет.
Снова гонка по лесу. Бегу, бегу, бегу… А, что мне ещё остаётся? Прятаться поздно. Преследователи наступают на пятки. Измотал и себя, и, надеюсь, врагов. Хотя, что мне их силы? Сократившийся до смешного отрыв подтверждает, что в выносливости я им уступаю. Проклятая здоровенная туша! Не хочу быть амбалом!
И снова стрела. Кто-то из нелюдей подгадал момент и с двух дюжин шагов умудрился достать меня в спину. Тут и лес не помог со своей густотой. Слишком близко я их к себе подпустил. Дар тут же пропал. Это всё.
— Да ты трус, Ло. Предпочёл бою бегство. А скрестить клинки? Ты же опытный мечник.
Слушать рыжую тварь не хочу. При попытке подняться поймал ещё несколько стрел. Это Ло-то трус? Да они ко мне, даже к раненому, не спешат подходить. Добивают из луков.
— Всё, конструктор. Следующая смерть станет для тебя настоящей. Прими её с честью. Дерись.
— Что ты знаешь про честь…
У меня всё же вышло достать нож из ножен. Уйду сам. Не дам твари злорадствовать. Подтянул к себе руку, направил вверх лезвие. Удар головой — и вошедший в глазницу клинок отправляет меня обратно на пляж.
Раз! Два! Сделано. Эти трупы теперь уже точно так навсегда и останутся трупами. В последний раз я прикончил четвёрку гахаров. А сам? А, что я? Пока только знаю, что не хочу умирать, сгорев заживо. Едва срубив нелюдей даром, резко прыгаю в сторону.
Что? Шара нет? Эта рыжая мразь хочет лично прикончить конструктора? Тщеславные твари! Поди, бросит мне вызов: дерись со мной, Ло. Эх… Колдун бы её враз на место поставил бы. Но мне только гадов смешить. Даже пытаться не буду. Бежать!
В этот раз постараюсь устроить засаду на дереве. Есть одно на примете. Такое, что и высокое, и с кроной густой, и растёт здесь, поблизости. Пока они доберутся до леса, туда точно успею залезть. Засяду с луком на ветке. Вдруг получится рыжую подстрелить?
А, что мне ещё остаётся? Искал выход, искал… Я в ловушке, из которой нет выхода. Перепрыгнуть в кого-то из нелюдей, когда рыжая тварь глушит дар, у меня шансов нет. Буду драться. Но не так, как им хочется, а по-своему, так, как умею. Выпущенная из засады стрела — то единственное, на что я способен сейчас.
Избавившись от всего лишнего, примчался к тому самому дереву и полез наверх. Неужели, это конец? Слышу звуки погони. Гахары добрались до леса и бегут по нему. Всё, замедлились. Ищут мой след. Ясен пень, что найдут. Они в этом сильны. У меня не было времени красться — ломился сквозь джунгли косолапым медведем.
Притаился на ветке. Снял с плеча лук, достал стрелу, наложил её на тетиву. Сквозь листья мне мало, что видно. Надежда лишь на удачу. Если рыжая пройдёт под просветом, в который смотрю, будет шанс. Если нет… Я устал ломать голову. Всё равно ничего не придумывается. Пусть будет, что будет.
Всё, дар пропал. Они рядом. Но я их не слышу. Крадутся. Натянул лук и лежу, распластавшись по ветке. Ой! Что это было? Дар вернулся и тут же исчез. Полминуты — и снова мигает. Вот же хитрая тварь. Это рыжая так меня ищет. Не иначе у нелюдя есть некая способность, которая может помочь отыскать притаившегося в ветвях человека.
— Ты трус, Ло. Трус и дурак. И мертвец.
Ага, как же. Так я и купился. Выстрелить, не видя цели, на голос — выдать свою позицию. Ищи дальше.
— Ты не заслужил чести — умереть в бою.
Голос другой. И звучит не оттуда, откуда доносились до меня слова рыжей твари. Дар снова мигает. Хорошо быть Душителем.
— Мы заколем тебя, как свинью.
Третий голос, и новое место. Окружили. Я найден?
— И твоих миньонов мы тоже убьём.
Точно найден. Их четверо. И ни одного из них я не вижу.
— Спускайся.
А вот это уже снова Леона. Пока другие гахары меня отвлекали, рыжая тварь незаметно подкралась к стволу. Дар на миг возвращается, чтобы снова пропасть, и я падаю. Падаю вместе с деревом, на котором сижу. Хруст, треск, мелкие ветки соседних деревьев ломаются, бьют меня, колют сучками, царапают. Лук уже вырван из рук. Удар! Меня сдёргивает вниз и швыряет на землю. Ох, йок! Приложило неслабо.
Стрела! Опять грёбаная стрела! Ну, сколько можно? Пытаюсь подняться и тут же весь изгибаюсь от боли. Что-то острое вонзается в поясницу чуть выше копчика. Меч. Меня пригвоздили к земле.
— Ты жалок, конструктор. Это было слишком легко.
