Среди Людей Удачи в ходу пословица: «Куда арапачи, туда и все племена» . Арапачи самые богатые, и, очевидно, политически самые влиятельные; поэтому их образ жизни служит примером для всех остальных. И до тех пор пока арапачи проводят политику строжайшего изоляционизма, окружив себя границами и паспортными контролями, многие другие племена – особенно те, что не зависят от туризма – следуют их образцу. С другой стороны, мало кто догадывается, как много уже в реке валунов. Льву только надо найти способ собрать их вместе в цельную плотину, и тогда, возможно, ход истории изменится.
Проблема заключается в Уиле Таши’ни и в том, что случилось во время первого пребывания Льва у арапачей.
Как и Уна, арапачи считают его предвестником несчастья, чем-то вроде носителя чумы. Они допускают, что Лев – жертва своего общества, но он напоминает им о вещах, о существовании которых они вообще не хотели бы знать. Если он хочет сдвинуть их с мёртвой точки, придётся сначала завоевать их симпатии.
В субботу Лев объявляет Таши’ни, что собирается в город.
– В Хеети-Парке играет группа. Хочу послушать.
– Может, не стоит так выставлять себя напоказ? – сомневается Чал. – Совет смотрит на тебя сквозь пальцы, пока тебя никто не видит и не слышит, но чем больше ты высовываешься, тем больше они будут склонны поднять вопрос о твоём пребывании здесь.
– Не могу же я вечно прятаться, – возражает Лев. Он не собирается посвящать их в свои истинные планы.
Кили упрашивает отпустить его вместе с Левом, но он наказан за то, что ругнулся по-арапачски; парнишка надеялся, что это сойдёт ему с рук, но не тут-то было. Вот и хорошо, думает Лев. Не хватало ещё вмешивать во всё это Кили. Он должен пойти один.
Когда Лев приходит в парк, концерт уже идёт полным ходом. Зрителей около двухсот – лежат на покрывалах или сидят на садовых стульях, закусывают и наслаждаются тёплым августовским днём. Группа, кстати, хороша. Звучит любопытная смесь традиционных туземных мелодий, поп-музыки и старых песен. Словом, на любой вкус.
Лев держится в сторонке, стараясь «не высовываться», но он видит, как какой-то человек замечает его и шепчет на ухо своему соседу. Ну что ж, через несколько минут у них появится ещё больше материала для пересудов.
Лев проходит вперёд. Как только группа заканчивает первую композицию, он вынимает из кармана два бумажных листка и поднимается на подиум. Опускает микрофон на несколько дюймов вниз, так, чтобы штуковина не загораживала лица, когда он начнёт своё обращение.
– Извините… – говорит он. – Извините, попрошу вашего внимания! – Он и сам слегка пугается – так громко и гулко звучит его голос в динамиках. – Меня зовут Левий Джедедайя Гаррити, но вам я, скорее всего, знаком как Лев Колдер. Я
– Мы знаем, кто ты такой, – доносится недовольный окрик из публики. – Убирайся с подиума!
Согласный гул голосов, ехидные смешки. Лев игнорирует их.
– Я был свидетелем того, как Уил Таши’ни отдал себя в жертву пиратам в обмен на жизни дюжины других детей, в том числе и мою. Одному из пиратов тогда не посчастливилось – он умер, но двое других забрали Уила, продали его на органы и теперь гуляют на свободе.
– Расскажи, чего мы ещё не знаем! – выкрикивает кто-то.
– Расскажу, – обещает Лев. – Потому что я знаю их имена и где их найти.
И он показывает всем два листа – на каждом крупным планом изображён пират. У одного не хватает уха, у другого морда похожа на козью.
Толпа мгновенно замолкает.
– Чандлер Хеннесси и Мортон Фретуэлл. Одно время они охотились на беглецов в Денвере, а сейчас орудуют в Миннеаполисе. – Лев убирает портреты и подходит к микрофону вплотную. – Я собираюсь выследить их и привести сюда на суд. – Помолчав, он произносит на чистейшем арапачском:
– Кто со мной?
Тишина.
Долгое мгновение Лев думает, что никто не отзовётся, но тут откуда-то из задних рядов доносится одинокий женский голос:
– Я пойду, – говорит она по-арапачски.
Уна. Лев и не подозревал, что она тоже здесь. Он чувствует одновременно и благодарность, и тревогу. Он намеревался сколотить компанию охотников за головами, как в былые времена. Но если их будет только двое, каковы их шансы захватить этих пиратов? Да что там захватить! Дай бог живыми остаться.
Уна пробирается сквозь толпу к подиуму. И вдруг кто-то восклицает:
– Эй, ребята! Похлопаем клапперу!
Народ начинает аплодировать. Сначала медленно и тихо, затем всё громче, и когда Уна подходит к подиуму, толпа уже грохочет вовсю. Теперь все сомнения Льва улетучились. Он начал свою борьбу за симпатии арапачей; и если ему удастся привлечь их на свою сторону, то нет сомнений – они встанут против разборки. Вот это будет плотина так плотина!
– Ты уверен в том, на что идёшь, маленький братец? – спрашивает Уна. Её голос еле слышен за рёвом возбуждённых зрителей.
Лев улыбается:
– Как никогда в жизни!
